Вокруг нее уже мерцал светло-синий полог, по типу того, который неосознанно создала я. Страх, что моя странная магия сотворит что-то невероятное, был, потому я позволила себе пятисекундное промедление, в течении которого Аргхельм закатывает глаза, а я швыряю шарик в подругу. Тот врезается в барьер и разлетается на сотни мелких осколков, блеснувших в свете прожекторов. А удар относит девушку на пару шагов, швырнув на песчаную поверхность. Она тут же вскочила на ноги и обтряхнулась, смотря только на меня. Фейерверк ледышек разлетелся в разные стороны и легким звоном при столкновении друг с другом попадал к ногам драконицы. Красиво, конечно, но страх за подругу все еще покусывал где-то в области солнечного сплетения.
— Ничего себе! Как ты…? — выкрикнула Арья, подбегая.
А я медленно осела на песок, ощущая, как тёплая струйка крови стекает из носа уже по подбородку. Перед глазами плясали темные круги, а в голове звенели колокола, перерастая в звон в ушах. Руки тут же свело судорогой, заменив ноющую боль дикой схваткой. Я закусила губу. Больно, но я вытерпела в прошлый раз — потерплю и в этот. Прокусываю губу и чувствую, что к первому добавляется и второй ручеёк. Только истечь кровью мне не хватает! И так все хреново.
Сквозь пелену боли и туман в глазах вижу, что рядом возникает Вильгельм и начинает что-то говорить. Да только что я могу услышать? Уши словно ватой закупорили — ничего кроме звона различить не могу. Резкий рывок вверх и ощущение полета, от которого я догадываюсь о том, что меня подняли и куда-то несут. Тряска усиливала боль, так что вскоре редкие всхлипы вырывались сами собой. Мысли улетучились еще в момент появления боли, оставив лишь ту, что твердила терпеть и ждать пока все пройдёт.
Но или это была неправильная мысль, или боль не собиралась покидать мое тело, но она становилась все острее и острее, а всхлипы уже переросли в тихие стоны.
Резкая темнота позволила расслабиться перетруждённым глазам, которые оказывается резало словно ножом уже давно. Скорее всего свет прожекторов ослепил, а я даже не заметила этого. Сейчас же мы зашли в помещение, из-за чего стало темно. Спасибо хоть, что пятна и круги перед глазами больше не пляшут. Зажмурившись от нового витка боли, я не заметила, как меня усадили в кресло. Холодные пальцы тут же коснулись головы, а на фоне кто-то сказал что-то ласковым мужским голосом. Затем ушел. Резкий выкрик отца и снова этот голос. Секунда и я делаю резкий вздох от неожиданно отступившей боли. Кашель раздирает легкие, а руки тут же покрываются колкими мурашками.
— Диагностика не выявила ничего, — почти вплотную ко мне стоял мужчина, который все еще удерживал у моих висков пальцы.
Вильгельм сидел в кресле напротив и нервно перебирал край своего пиджака. Его обычно холодные глаза бегали из стороны в сторону, словно пытаясь найти ответ, но не находя даже зацепки.
— Ищи еще! — прорычал отец, заставив второго вздрогнуть.
Тут же убранные было пальцы вернулись на прежнее место, и я почувствовала вибрацию по всему телу. Ощущения были словно разряд тока прошёлся. Я знаю как это — в детстве я была первым исследователем электричества в Доме. Я вообще во всех областях была первой, особенно если это какая-нибудь глупость.
— Ничего, милорд. Она полностью здорова. Даже магия восстановилась, — мужчина понуро потупил голову, будто провинился.
Вильгельм шумно выругался и направил задумчивый взгляд на меня. В эго серых глазах плескалось бешенство и та толика страха, которая бывает у людей, которым есть что терять. Более того, он боялся за меня. И это было приятно. Даже не забыв упомянуть причины такого страха.
— Я и сам ощущаю, что резерв полный! Только… что может быть помехой использования магии?! — выкрикнул папандр.
Я же молчала, не зная куда себя деть. В мозгу бегала маленькая паническая мысль, которую я закидывала куда подальше, но она раз за разом возвращалась. Очевидно было, что не все маги падают почти что в обморок, используя лишь одно заклинание. Это было обидно, потому как используя магию я чувствовала собственный резерв. Даже сегодня я брала лишь одну седьмую возможного. А мой организм решил, что мне пора готовиться к похоронам. Честное слово, почему в моей жизни не может быть хоть что-то нормальным?
— Просканировал на блоки? — уже спокойнее сказал отец.
Мужчина кивнул, присаживаясь за письменный стол в углу. Его серая хламида преподавателя качнулась при развороте и мятыми складками легла на пол, когда он сел. Хм-м… доктор? Или лекарь?
Кабинет немного напоминал стандартные врачебные помещения Фобоса лишь набором мебели, но ни ее внешним видом. Кушетка, например, была обита словно мягкое кресло, а скрипящие стулья заменили кожаные. С их практичностью я бы поспорила, но про удобству они точно были лучше.
— Все чисто.
Что за блоки — история умалчивает, но если сильно пораскинуть мозгами, можно и самой догадаться. Блок на магию, а именно про нее они говорили до этого, скорее всего означает какой-то запор или что-то закрытое. Отсюда следует, блоков нет, ведь магией я пользоваться могу, ведь так?
