Я повернулась в сторону парня и уставилась на него в упор. Он, конечно, прав, да и я скорее всего просто привыкла к той "роскоши", в которой жила последние несколько дней. Но… то огромное "но" в виде лжи. Да и обещание спасти меня от отца. Я не хотела возвращаться на Фобос. Только не сейчас, когда все идет на удивление хорошо, а Рая еще не пришла.
— Даю слово, что не сделаю с тобой того, чего ты сама не захочешь! И обещаю что защищу, если это понадобится, — словно прочитал мои мысли парень.
Минутное замешательство с моей стороны, и я сдержанно киваю, почему-то продолжая морщить лоб. Где-то на задворках подсознания одна маленькая мысль вопила о чем-то. Но я отбросила ее, логически подумав о том, что глупо разводить панику без особой на то причины.
Подаю руку и кладу ее в его протянутую ладонь. Барсик тут же радостно улыбается мне и идёт в сторону странного тёмного здания, при этом потащив меня за собой. Мы поднялись на резное крыльцо, от старости потерявшее форму и былой цвет и теперь пугающее своих посетителей запахом прелого дерева. Барислав без сомнений резко толкнул засаленную дверь, и на нас обрушился шквал запахов, в первую очередь это были сырость, закономерная плесень и едкий смрад тухлой рыбы. После пары шагов в нос ударил пот, подгорелая выпечка и алкоголь.
Пока мы шли к незанятому столу у окна, я успевала рассматривать обстановку и… посетителей. Ни то, ни другое не впечатляли. За длинными гнилыми столами сидели мужчины бандитской наружности, пугающие меня бритыми головами, ехидными улыбками, показывающими желтые зубы, и темными злыми взглядами исподтишка. За барной стойкой стоял с весьма удивленным видом трактирщик, тоже особо не отличающийся чистотой и приятностью. Мимо столов то тут, то там пробегала девушка в грязном переднике и сером платье, которая, видимо, была подавальщицей. За центральным столов сидела и очень громко хохотала вторая, все время почесывая сальные раскиданные по плечам волосы.
Тут я должна была бы испугаться, но мне стало интересно. Действительно, меня же еще не убивали разбойники в грязном трактире. Такое упущение!
Мы спокойно прошли и сели за столик, который тут же услужливо протерла подавальщица. Как будто от этого он стал чище.
— Милорд желает что-нибудь выпить? — произнесла девушка, краем глаза рассматривая почему-то меня.
Барсик поморщился и неприязненно произнес:
— Сирап мне. Неразбавленного вина Леди. И бокалы протри получше.
Подавальщица вздрогнула от грубого тона и, очень низко поклонившись, унеслась прочь. Остальные посетители тут же отвернулись и занялись своими делами, будто даже опасаясь смотреть в нашу сторону.
— Все тебя как будто боятся. Ты и здесь успел накуролесить? — как можно тише спросила я.
Барсик улыбнулся своей фирменной нахальной улыбкой и подмигнул мне, будто заигрывая. Но промолчал. Зачем тогда было приходить сюда, если не хочет отвечать на обычные вопросы?
— Мне все еще интересно, — немного нагло поторопила его я.
Парень усмехнулся и брезгливо поставил на стол локти. Весь его вид говорил о том, что отвечать он не хочет, но явно об этом раздумывает.
— Аристократия обладает магией. Мы сильнее как физически, так и магически. Что касается таких как они, то если здесь и найдётся кто-то одаренный, резерв у него будет не больше песчинки. Напасть с их стороны было бы глупо.
Хм. Странно. Почему-то я думала, что и в небогатых семьях появляются одаренные маги.
— В замке же есть группа прикладников, разве они не из… других сословий? — спросила я, наблюдая за подавальщицей, что уже принесла бокал чего-то дымящегося Барсику и совершенно несуразно выглядящий в этом месте хрустальный бокал с бутылкой вина.
Девушка споро поставила на стол принесенное и удалилась под молчаливый взмах парня.
— Они почти все бастарды — рождённые вне брака. Мать — низшая, а отец из знатного рода. Здесь хоть и нет крепостного права, но знать может очень на многое.
Меня передернуло.
— Это ужасно…
— С какой стороны посмотреть. Думаешь им было бы лучше родиться от такого же крестьянина и всю жизнь пахать землю? Магия даёт им право жить лучше, чем их предки, — парень отпил из своей кружки и поморщился.
Следующие минут пять мы сидели в молчании. Барсик неспешно открыл мне бутылку, где "этикеткой" служила почти отклеившаяся желтая бумажка, надписей на которой вообще не было. Это меня мало волновало, даже немного вселяло ощущение "старины". Откуда мне знать сколько лет это вино пролежало в подвале? Оно же от этого должно становиться только лучше. Однако, когда в мой стакан была налита зелёная густая жижа, жизнь перестала быть настолько красочной. Про запах и вкус вообще молчу — будто расплавленного воска выпила.
— Так зачем ты меня сюда позвал? — спросила я, отодвигая от себя отвратную жидкость и смотря как она вязко бултыхается в бокале.
