Сердце тут же заныло, словно добавляя мне смущения. Рука сама потянулась к горячей гладковыбритой щеке, но лишь скользнула по ней, зарывшись в волосы и сжав их в кулак. Нежный неуверенный поцелуй тут же перерос в пламенный. Я закрыла глаза, чувствуя, что его рука прошлась по спине ниже. По телу пробежалась волна горячих мурашек, а над площадкой раздался чей-то стон.
Который тут же отрезвил нас двоих. Лорд все так же держал меня на руках, но я выставила руки перед собой в жесте отталкивания. Глаза тут же расширились, испуганно глядя на увеличившиеся зрачки Вольтера, которые было видно даже на фоне вмиг потемневшей радужки и моего отражения, что с ужасом взирало само на себя.
— Черт… — прошептал Лорд, переводя взгляд с губ на глаза.
Так! Главное сейчас опять не замереть, смотря ему в глаза. Иначе я вообще за себя не ручаюсь.
Не знаю, что искал в моем взгляде мужчина, но, видимо, не найдя, он разочарованно посмотрел на меня и отпустил на землю. Я тут же чуть не свалилась, но меня удержали и попытались поднять на руки вновь.
— Нет! — тут же крикнула я, заставив Лорда чуть ли не отпрянуть, — п… простите…
Я, наконец, встала на ноги ровно, неуверенно шагнула назад, все так же наблюдая за мужчиной, что теперь стоял и взирал на меня со смесью чувств. Сделав еще пару шагов назад, я резко развернулась и бросилась прочь, чувствуя его печальную улыбку спиной.
Чувства смешались — я ощущала себя той, кто предала собственные обеты и посмела сделать что-то неправильное. Нет, этот поцелуй не был первым в моей жизни. Но, он был первым, на который мне хотелось ответить, и я это сделала. Губы припухли и горели, так что первое, что я сделала, забежав в свою комнату, — взглянула в зеркало.
Оно отражало совсем не ту меня, что смотрелась в него с утра. Я не ощущала себя грязной или что-то подобное, наоборот — я словно нашла свою потерянную частичку. Мне стало определенно легче и… приятнее. Но я испытывала смущение и еще что-то, чего до этого не было.
Тереть и омывать губы казалось мне глупостью. Даже не так, я наоборот, сидела и касалась их пальцами, словно уберу руку и ощущение уйдёт, растворившись в лучах полуденного солнца.
Сон сморил меня почти под вечер. Сквозь него я слышала, как приходил отец, пытался меня будить, но я пробурчала что-то про то, что заболела и вновь провалилась глубже, скрываясь от собственных мыслей.
В дверь постучали. Громкое "тук-тук" тут же отпечаталось в моей голове и продолжилось не менее громко. Голова заболела, так что я накрылась одеялом, ощущая себя церковным колоколом в праздничный день.
Стук повторился через минуту. За дверью раздалось еле различимое бурчание, а затем крик "Она там сдохла что ли?".
Люблю Арью. Честное слово — она первый и единственный человек, который говорит то, что думает. Это, конечно, должно мешать ей жить в некоторых ситуациях, но я уверена, что девушка сможет за себя постоять.
За мыслями о гордости даже не заметила, как накрылась второй подушкой, дабы не слышать завываний Гавнии.
— Нет, мне все равно, что у тебя здесь происходит! Я вхожу! — послышался щелчок открываемой двери.
Затем специальный топот драконицы, и с меня сдёрнули сперва подушку — я услышала звук полета и падения на пол, а затем и одеяло, отправленное куда-то туда же. Арья без смущения спихнула меня с нагретого места, улеглась с краю кровати и укрылась покрывалом, которое лежало в ногах. Я тут же скользнула ей под бок, чувствуя, как продрогла за эти несколько секунд, и, потянув край покрывала, забрала себе половину.
— Что-то слишком активно ты сопротивляешься… Никакой болезни не существует, да? — съехидничала Аргхельм, ткнув пальцем мне в бок.
— А я говорила, что здесь что-то нечисто, — Гавния прошла к креслу, предварительно подняв с пола брошенные спальные принадлежности.
Мне не хотелось говорить. Казалось, что скажи я хоть слово, все обо всем узнают. Будто вскройся правда о том, что я влюблена в человека вдвое старше меня, я стану для них прокаженной.
— Как на Деймосе относятся к неравным отношениям? — наконец удалось выдавить мне.
Девушки замерли, глядя на меня больше непонимающе, чем осуждающе.
— Неравные в смысле: ты — Леди, а он не аристократ? — Ни тут же отвела взгляд и начала смотреть в окно, видимо немного смущаясь моего вопроса, — такие браки невозможны. Тем более ты из Высших. Ещё и наследница. За тебя отец столько денег попросит, что ни один граф не потянет!
Ее фраза подтвердила все то, что говорил Барсик, и то что я сама додумала о браке в этом мире. Да только я, кажется, уже знала ответ на мой невысказанный вопрос. Но спросить было не лишним.
— Я имею ввиду неравный по возрасту.
Арья усмехнулась и зло произнесла:
— Старые Лорды-извращенцы всегда любили молодость и красоту.
Настал черед смеяться Гавнии, что она и продемонстрировала, привстав с кресла и дошагав до окна. Решётки ее не смутили, она решила понаблюдать за школьным садом в солнечных лучах.
