| She had been standing before him for several minutes, and now greeted him with suave expressement and the words, "So HERE you are, Paul Ivanovitch!" But what she said next I am not in a position to report, for she spoke in the ultra-refined tone and vein wherein ladies and gentlemen customarily express themselves in high-class novels which have been written by experts more qualified than I am to describe salons, and able to boast of some acquaintance with good society. In effect, what the Governor's wife said was that she hoped - she greatly hoped - that Monsieur Chichikov's heart still contained a corner - even the smallest possible corner - for those whom he had so cruelly forgotten. | Губернаторша произнесла ласковым и несколько даже лукавым голосом с приятным потряхиванием головы: "А, Павел Иванович, так вот как вы!.. " В точности не могу передать слов губернаторши, но было сказано что-то, исполненное большой любезности, в том духе, в котором изъясняются дамы и кавалеры в повестях наших светских писателей, охотников описывать гостиные и похвалиться знанием высшего тона, в духе того, что неужели овладели так вашим сердцем, что в нем нет более ни места, ни самого тесного уголка для безжалостно позабытых вами. |
| Upon that Chichikov turned to her, and was on the point of returning a reply at least no worse than that which would have been returned, under similar circumstances, by the hero of a fashionable novelette, when he stopped short, as though thunderstruck. | Г ерой наш поворотился в ту ж минуту к губернаторше и уже готов был отпустить ей ответ, вероятно, ничем не хуже тех, какие отпускают в модных повестях Звонские, Линские, Лидины, Гремины и всякие ловкие военные люди, как, невзначай поднявши глаза, остановился вдруг, будто оглушенный ударом. |
| Before him there was standing not only Madame, but also a young girl whom she was holding by the hand. The golden hair, the fine-drawn, delicate contours, the face with its bewitching oval - a face which might have served as a model for the countenance of the Madonna, since it was of a type rarely to be met with in Russia, where nearly everything, from plains to human feet, is, rather, on the gigantic scale; these features, I say, were those of the identical maiden whom Chichikov had encountered on the road when he had been fleeing from Nozdrev's. | Перед ним стояла не одна губернаторша: она держала под руку молоденькую шестнадцатилетнюю девицу, свеженькую блондинку, с тоненькими, стройными чертами лица, с остреньким подбородком, с очаровательно круглившимся овалом лица, какое художник взял бы в образец для мадонны и какое только редким случаем попадается на Руси, где любит всё оказаться в широком размере, всё, что ни есть: и горы, и леса, и степи, и лица, и губы, и ноги, -- ту самую блондинку, которую он встретил на дороге, ехавши от Ноздрева, когда, по глупости кучеров или лошадей, их экипажи так странно столкнулись, перепутавшись упряжью, и дядя Митяй с дядею Миняем взялись распутывать дело. |
| His emotion was such that he could not formulate a single intelligible syllable; he could merely murmur the devil only knows what, though certainly nothing of the kind which would have risen to the lips of the hero of a fashionable novel. | Чичиков так смешался, что не мог произнести ни одного толкового слова и пробормотал чорт знает что такое, чего бы уж никак не сказал ни Г ремин, ни Звонский, ни Лидин. |
| "I think that you have not met my daughter before?" said Madame. | "Вы не знаете еще моей дочери?" сказала губернаторша. |
| "She is just fresh from school." | "Институтка, только что выпущена". |
| He replied that he HAD had the happiness of meeting Mademoiselle before, and under rather unexpected circumstances; but on his trying to say something further his tongue completely failed him. | Он отвечал, что уже имел счастие нечаянным образом познакомиться; попробовал еще кое-что прибавить, но кое-что совсем не вышло. |
