Оборвал мысль, выругался про себя. Что с тобой, Пастух? Подозреваешь пацана? Ну, так убей его. Мертвые молчат. Книжка такая была. Крутая… А не готов убить, не хочешь, так и не городи огород или, если интеллигентно, не умножай сущности… Он тебе опасен? Ты так не думаешь. Тогда работай работу и не отвлекайся на эти самые сущности.
А фигурантка вдруг начала явно генеральную уборку среди ночи. Обзор был неважным: от окна к окну, за которыми мухой носилась Королева, таская стопы чистого белья – одно окно, застеливая постель в спальне на втором этаже – другое окно, выкидывая из холодильника в полиэтиленовый мусорный мешок что-то, на ее глаз, несвежее, что-то понадкусанное – третье окно… А было и четвертое, и пятое, но вот остальные окна из несданного пустого коттеджа не просматривались, они с другой стороны дома располагались. Да и эти пять тоже – не телевизор, картинка смутная.
– Ждет кого-то, ты прав, – сказал Пастух, в общем, подводя небогатый итог ночного наблюдения.
– Не просто кого-то, – подправил Мальчик, – а кого-то очень близкого… Кто у нее близкий?.. Ты ж в досье читал, Пастух…
– Да не так уж и много близких, – объяснил Пастух. – Мать, сестра… Все, пожалуй… Кто-то из них завтра прилетит-приедет. Из Города-на-Левом-Берегу. А то и вдвоем. Других близких у Королевы нет. Вопрос – когда?
– А хоть бы и с утра, – сказал Мальчик. – Вот и посмотрим…
– Она может поселить их в столичной квартире.
– Думаешь?.. Типа: провинциалы, погулять по Златоглавой, в театр сходить?.. Как-то все это не катит…
Мальчик был прав. Не катит. Судя по явно внезапной плюс чрезмерной радости Королевы, мать и сестра едут не на экскурсию. Давно не виделись? Не так. Королева летала к ним в мае, если верить досье, и пробыла там целую неделю. Три месяца минуло – не срок. При наличии-то доступной и надежной междугородной телефонной связи…
Что-то там, на Левом Берегу Реки, случилось. И явно хорошее. Радостное. Требующее поделиться этой радостью с единственным близким человеком. Что бы это могло быть?..
– Что бы это могло быть? – повторил вопрос Мальчик, будто подслушав мысли Пастуха.
– Ты как думаешь? – спросил Пастух.
– Мозги сломал… Может, день рождения у кого?
– Ни у кого. Сестра – весеннего розлива. Матушка – январская. Королева – тоже зимняя, в декабре родилась…
– А если что по работе?
– Что по работе? У Королевы – все шоколадно, как я понимаю. У младшей сестры – тоже неплохо: в сентябре третий курс начнет, с учебой вроде в порядке… Мамаша… А что мамаша? Ведет дом, скорбит о муже…
– Придется прибегнуть к проверенному способу, – сказал Мальчик.
– То есть? – не понял Пастух.
Он знал много проверенных способов, подходящих к данному случаю. Все они, считал он, – не более, чем елочная гирлянда из лампочек, а электричество гад-монтер не подвел. То есть, все вроде на месте, а не сияет. И настроение не новогоднее.
– Твой, между прочим, способ, – сказал Мальчик. – Сесть на хвост и анализировать информацию по мере ее поступления на приборы.
– Это на мозг, что ли?
– На два, – скромно сказал Мальчик.
Пастух не выдержал серьезности, засмеялся.
Спросил:
– Ваши действия, партнер?
Мальчик подумал – для приличия, пожалуй, он для себя все уже решил – и сообщил:
– Машина у нас на ходу. Бензин есть, да?.. А мало – заправимся по пути. Ночуем в этом недострое, тепло ведь. А утром… Они, мама с сестрой, наверняка утренним рейсом прилетят. Иначе чего она генеральную уборку среди ночи затеяла? Я прав, да?
– Как вариант. – Пастух малость опустил ситуацию. – Только мы, пацан, не где-то в горах в засаде лежим-ждем: появится враг или не появится. Мирное время на дворе. Умное время. Поэтому информацию возможно и необходимо получать заранее. Чем больше, тем лучше. Так что делим обязанности: ты сидишь в засаде, бдишь и носа не кажешь. Тем более – ночь, казать некуда. А я до машины, до компа доберусь и выясню: какие с утра есть рейсы из Города-на-Левом-Берегу, когда и на какой аэродром они прибывают, где нам машиненку оставить, где, у какого выхода засечь сначала фигурантку, а потом и ее родичей. И постараться услышать поболе. Они, которые в аэропортах встречаются, шумны и говорливы… Ты учись, учись, пока я рядом…
– А что означает твое «пока»?..
Странный был голос. То ли обиду в нем Пастух услыхал, то ли угрозу. И, в первый, пожалуй, раз, ощутил какое-то неудобство. Как будто пацан знал больше, чем Пастух. Где-то, в чем-то, почему-то…
Но не стал додумывать, анализировать. Решил: хамит. Уж и случалось похожее…
– Ничего не означает, – сказал тоже жестко. – Все мы смертны. Как-то и когда-то. Ты, кстати, не исключение… – не удержался, добавил если и не угрозу, то – так, колючку малую: – Пока мы партнеры, пацан, это одна данность, а какая завтра родится, ту и примем с достоинством.
Это не его фраза была. Комбата. Так ведь не грех и процитировать умного человека, если к месту.
