Маленькое солнце, затуманенное серыми облаками, быстро провело лучом по лицу и спряталось в туче. Павел открыл глаза. Сразу вспомнилось вчерашнее. Встает, руки подхватывают лежащий рядом шлем, щелкают застежки. Голова надежно укрыта броней, на лицевой панели загорается успокаивающая надпись: все системы исправны. Павел поднимает забрало вверх, отводит назад. Быть наглухо укупоренным в железной скорлупе до смерти надоело. С замиранием сердца жмет кнопку навигатора. Призрачная карта услужливо разворачивается. Тускло горит оранжевый полукруг входа в жилой комплекс, от него рваной кровавой царапиной тянется маршрут путешествия под землей, обрывается. Зажигается снова, но уже далеко в стороне и заканчивается зеленой точкой. Это он, Павел. От него до того места, откуда начинался его поход – он не поверил глазам! – не менее полусотни километров. Павел затряс головой, словно отгоняя видение, всмотрелся в цифры еще раз – нет, все точно, до толстенных железных дверей в жилой комплекс Соловейчика пятьдесят два километра. И это по прямой, а ведь еще надо как-то под землю спуститься.
- Еперный театр! – громко, с чувством произносит Павел.
Карта гаснет, навигатор прячется в боковом кармане.
- Ну, просто зашибись, - опять звучит его голос. – Приключения Незнайки на Луне, блин!
Нервно ходит по маленькой площадке, песок скрипит под тяжелыми башмаками, мелкая галька и камешки вдавливаются вглубь до влажного слоя. Слышится негромкое завывание. Это ветер гуляет выше по берегу. Павел поднимает глаза. Почти от ног начинается крутой подъем, оканчивающийся неровным каменным гребнем. Там, за линией громоздящихся друг на друга камней, начинается голая равнина, испещренная трещинами, разломами и ямами. Эта лунная поверхность - все, что осталось от когда-то густонаселенной береговой полосы Восточного побережья США. Люди селились так плотно, что разделение на города было чисто условным, существовавшим только на картах. Катастрофа уничтожила все, сожгла, спрессовала остатки в запекшийся уголь и щедро разбросала по земле. Потом наступила долгая-долгая зима, затем пришло ослабленное лето, с ним дожди, ветры. Потоки воды и воздуха кое-как зализали раны, укрыли пылью и песком останки того, что называется цивилизация.
Однако где-то здесь, глубоко в скальных породах сохранились целые города, соединенные между собой сложной системой транспортных коммуникаций. Где-то здесь пролегает линия секретного метро, по которому много лет назад на гигантских железнодорожных платформах перевозили межконтинентальные баллистические ракеты. Через неравные промежутки платформы останавливались, подъемные механизмы, похожие на чудовищ из потустороннего мира, осторожно поднимали ракеты, переносили на специальные лифты. Осатанело воют электромоторы, пожирающие столько энергии, что хватило бы на целый город. Стальная плита подъемника размером с лесную поляну медленно ползет вверх. Не доходя до поверхности каких нибудь двухсот футов, останавливается. Железный цилиндр с острым наконечником ставится вертикально, словно кол на дне ямы. Подсоединяются толстые гибкие трубы, по ним качают топливо, жидкий кислород или водород, еще какую-то ядовитую дрянь. Тело ракеты наполняется отвратительной жидкостью, она все время испаряется, отравляя воздух и землю вокруг. Если человек случайно вдохнет хоть раз отравленный ядовитыми парами воздух, ему больше не жить. Мощная вентиляционная система непрерывно откачивает смертельно опасный воздух, заполняя освободившееся пространство свежим ветром с поверхности. Если бы кто нибудь смог взглянуть сверху, он увидел бы длинную, от края до края материка, линию отвратительных язв, дышащих ядом, убивающих все живое вокруг на несколько километров, а еще ниже широкую нору, по которой возят в стальных ампулах светлый порошок. Это он засыпан в голову ракеты, чтобы взорваться адским пламенем и расцвести черно-красным грибом выше облаков.
Именно так и произошло. Висящее на стене ружье должно было выстрелить.
Павел еще раз достал навигатор, поколдовал над настройкой. После секундного молчания навигатор расцветает другой картой. На этот раз схемой подземных коммуникаций, расположенных в этом районе. Половина обозначена красным пунктиром, то есть полностью уничтожена, часть сплошной красной линией: это означает, что уничтожено частично, то есть нет электроснабжения, железная дорога выведена из строя, тоннели взорваны в нескольких местах, но проходы сохранились. Зеленым цветом обозначена сеть тоннелей, пригодных для использования и безопасных.
- Как интересно, - пробормотал Павел, рассматривая результаты спутникового сканирования, - уничтожены все второстепенные линии, зато цела основная, по которой как раз и можно перевозить эти самые ракеты. Ее восстановили? Кто, зачем и когда? Или она и была целой, а уничтожена только на бумаге? Так … о, вот оно!
