Некроморфы набросились на Айзека одновременно, словно по команде, пытаясь окружить его. Тот старался держаться спиной к стене: если хоть у одной твари получится напасть сзади, остальные воспользуются этим и разорвут инженера на куски. Айзек активировал стазис-модуль, замедлив парочку самых резвых гадов, и ударом наискосок разрубил третьего. Походя мелькнула мысль о том, что истребление некроморфов стало превращаться в какую-то рутину. И если та гадина с гигантскими щупальцами или расползшаяся по отсекам мерзость с заключенными в нее орущими полутрупами по-прежнему вызывали ужас и отвращение, то расчленители и прыгуны былого страха уже не вызывали. Да, они по-прежнему представляли для Айзека смертельную угрозу, но и инженер являл собой не меньшую угрозу для них. За время своего пребывания на борту «Ишимуры» ему не раз приходилось вступать с ними в схватки — и выходить из них победителем. Твари же, похоже, не могли похвастаться солидным опытом схваток с противником, набившим руку на их уничтожении. А еще упокоенный окончательно некроморф уже никому не причинит вреда — и, может быть, это спасет кого-то из выживших…
Не тратя пока времени на разрубленного монстра, Айзек отсек тянущееся к нему лезвие еще одной гадины. Так, а теперь парочка, еще не отошедшая от стазиса… Руки-лезвия одного из некроморфов оказались отделены от тела, но тут же Кларка атаковали еще два расчленителя, стремясь поймать его в клещи. Дело принимало опасный оборот, тем более, что Айзек был лишен места для маневра, разрубленная тварь тоже ползла к нему, а действие стазиса должно было вот-вот закончиться.
«Черт! — Айзек не слишком ловким выпадом заставил однорукого отшатнуться. — Да они настырные!»
Некроморф, отошедший, наконец, от действия стазиса, с воплем прыгнул вперед — не успей Айзек вырваться из кольца, монстр сбил бы его с ног, и тогда бы его точно разорвали. Но и без того инженер оказался в очень уязвимом положении — стены за его спиной больше не было.
И, как назло, рядом ни одного чертова ящика, ничего тяжелого, что можно было запустить в этих тварей кинезисом! Если только те трупы, которые расчленители стаскивали в кучу, но до них еще надо был добежать…
«А если использовать их же лезвия?»
Размышлять над абсурдностью этой идеи у Айзека не было времени — на него перли два целых некроморфа и еще три твари различной степени расчлененности, тем не менее, не желающие отступать. Подняв в воздух с помощью кинезис-модуля лежавшее рядом отсеченное лезвие и развернув его в воздухе, инженер запустил его в ближайшего невредимого расчленителя.
Результат превзошел ожидания: мигом ускорившись, костяной шип пробил тело твари, отшвырнув ее назад. Не сказать, чтобы расчленителю это повредило, но и пара отыгранных секунд — уже что-то. Второго слишком резвого некроморфа Айзек вновь замедлил стазисом и отсек уцелевшее лезвие подскочившему однорукому. Как итог — уже два безруких монстра. Тем не менее, смиренно падать они еще не спешили. Пусть эти твари и лишились главного оружия, они способны были серьезно помешать, отвлечь, а то и вовсе схватить руками, растущими из живота, или вцепиться зубами.
Развернувшись, Айзек разрубил пополам замедленного стазисом некроморфа. Но его собрат, обзаведшийся лишним лезвием и отброшенный в сторону, был уже тут как тут. И еще одна тварь подбиралась на руках… Теперь уже две. И две твари, лишившиеся лезвий. Вопли расчленителей слились с гулом машинного отсека в безумную какофонию.
Айзек шагнул в сторону и присел, уходя с траектории атаки монстра. Заметь он его чуть позже — и дело могло бы кончиться плохо, а так лезвие рассекло воздух над головой инженера. Ответным ударом Кларк отсек некроморфу ногу. В следующую секунду костяное лезвие одного из разрубленных пополам расчленителей проскребло по полу рядом с ботинком.
— Да сдохните вы уже, сволочи!
Несмотря на всю недавнюю браваду, в этот момент Айзек чувствовал страх. Страх перед потерявшими часть лезвий, а то и вовсе лишившимися ног монстрами, которые яростно атаковали его, несмотря на увечья. Живого человека такие раны убили бы на месте — в крайнем случае, продолжать бой у него бы все равно уже не вышло. Но некроморфы живыми не были, и, похоже, все, что ими руководило — стремление убивать. Они не остановятся, пока не окажутся разрубленными на куски.
«Нет, они все-таки подыхают… Но очень неохотно».
