Мертвым – мертвое полностью

И тут Ольгерд увидел, как над краем оврага, заслоняя звёзды, появилось что-то чёрное, растущее прямо на глазах. Оно двигалось, словно ползло с одной стороны оврага на другую. На брюхе у него трепетали отсветы огней. Решив, что это ему кажется, Ольгерд на пару секунд прикрыл глаза, но, когда поднял веки, нечто всё ещё висело над ним. Теперь с него спускались, скользя по воздуху, маленькие человеческие фигурки.

«Это конец! — подумал Ольгерд. — Кем бы они ни были, ничего хорошего ждать не приходится». Он сделал отчаянную попытку перевернуться. Волна боли захлестнула его, увлекая во тьму, и сознание снова померкло.

В день коронации Ялгаад был украшен гирляндами из живых цветов, которые доставили накануне в нескольких телегах. Всю ночь продолжались работы по подготовке столицы к великому празднику: улицы вымыли, фасады покрасили или покрыли извёсткой, на крышах установили флаги Малдонии и города.

По Ялгааду беспрестанно ходили патрули, а вдоль маршрута предстоящего шествия Эла и его свиты были расставлены через каждые двадцать шагов часовые. Они же дежурили на крышах, зорко следя за тем, чтобы никто не пустил в будущего короля стрелу. Она не повредила бы Элу, но этого никому знать не полагалось, разумеется.

Церемониальное шествие должно было начаться от городских ворот, через которые Элу предстояло въехать в столицу. Поэтому рано утром, с рассветом, он отправился к ним на ладье, выкрашенной в золотой и пурпурный цвета. Его сопровождали только гвардейцы. Остальная свита добиралась к воротам отдельно и должна была ждать Эла перед ними.

Будущий король въехал в Ялгаад с первыми лучами солнца. В то же время во всех храмах Малдонии начали бить в колокола, а жрецы собрались на площадях для молитвы. Им предстояло принести в жертву богам семь животных: быка, лошадь, козла, барана, петуха, собаку и сокола, которые символизировали хозяйственные и военные стороны жизни страны. Таким образом священники просили высшие силы о ниспослании Малдонии процветания. Затем они должны были снова предаться молитве, к которой могли присоединиться все верующие. Это действо совершалось в течение шествия будущего короля со свитой по улицам Ялгаада. Конечным пунктом являлся большой храм, одновременно служивший резиденцией Верховного Жреца. Там и должно было состояться коронование. В храме Эла поджидало высшее духовенство страны, а также около сотни послушников, по случаю великого праздника одетых в красные и белые мантии. Площадь оцепила королевская гвардия, сдерживавшая собравшихся со всех окрестностей жителей. Зрители расположились также на балконах и крышах. Из окон выглядывало сразу по пять-шесть человек. Многие домовладельцы, чья собственность стояла вдоль пути следования будущего короля, неплохо заработали, продавая любопытным вид из окна и право посидеть на своей крыше. Пожалуй, такой бизнес в городе появился впервые. Прежде никогда не наблюдалось подобного ажиотажа.

Эл ехал на крылатом мутанте, ступавшем мягко, но выглядевшем устрашающе. Вывезенный из зитских земель, здесь он был настоящей экзотикой. На Горе красовались гербовые эмблемы герцога Ноксбургского, к которым добавили символы королевского дома — феникса и чёрного быка, вставшего на дыбы.

Въезд короля в городские ворота ознаменовался дружным рёвом труб: герольды были расставлены на крепостных стенах и вдоль намеченного маршрута.

Улицы нижних ярусов были оцеплены городской стражей, перегородившей их телегами. На крышах, помимо стражников и жителей столицы, находились люди с корзинами, полными лепестками роз. По мере приближения процессии они бросали горсти лепестков, так что казалось, будто с неба идёт красный дождь. Отовсюду доносился звон храмовых колоколов, воздух полнился приветственными криками зрителей, спешившими выразить будущему королю своё обожание.

Эл ехал медленно, позволяя желающим рассмотреть свою огромную фигуру. Время от времени он поднимал затянутую в перчатку руку и приветствовал зрителей, что каждый раз вызывало бурную волну восторга.

Некромаг был облачён в традиционные одежды будущего короля: белый плащ с красным подбоем, чёрные штаны и куртку, сапоги со шпорами. Голова будущего короля должна была оставаться непокрытой, пока на неё не будет возложена корона.

Следом за Элом ехал Маршал Риаллей Турвар Ллей, одетый не менее роскошно, но в другие цвета: в его костюме преобладали синий и серый. К его седлу была приторочена боевая секира, символизирующая военную мощь Малдонии. На руке Маршала сидел сокол с зашоренными глазами. Риаллей Турвар был одним из самых преданных поклонников Эла. Участвовавший под его началом во всех кампаниях против носферату, он буквально молился на будущего короля. Правда, он не знал, что Эл видит в нём только прекрасного военного, а вернее, исполнителя, и потому предпочитает общество тех, кого подбирал в своё ближайшее окружение сам. Тем не менее, на церемонии Маршал занимал самое почётное место — позади будущего короля.