– А я бы сдружила мурвов с орками. Потом мы отвоевали бы обратно земли предков и забрали бы новые для мурвов.
– По одному врагу зараз, Амогг, – пожурила ее Мейвен. – Сначала нужно освободить Джерака Хайдена и победить Империю света.
– И где именно его искать? – поинтересовался Лоример.
– В этом-то и проблема, – отозвалась Мейвен. – Он где-то внутри крепости мурвов. А там нет света и совершенно беспорядочные коридоры. Этот лабиринт не предназначен для людей. К счастью, у меня есть внутри шпион, который нам поможет. Мы с Лоримером войдем в город и получим нужные сведения. Но только вдвоем, чтобы не привлекать внимания.
– Ах вот как? – сказал Тиарнах. – А я, значит, буду просто торчать здесь, морозить задницу и приглядывать за этой гориллой-орком, да?
– Вовсе нет, – отозвался Лоример. – Это она будет за тобой присматривать.
Амогг рассмеялась.
– Может, это и противоестественно, но ты начинаешь мне нравиться, человек с когтями и клыками. Теперь, когда у тебя отняли владения, ты перестал быть таким высокомерным. Может, ты наконец получше разберешься в орках. В прошлом ты вел себя так, что мне хотелось приголубить тебя топором по черепушке.
Лоример нахмурился и отошел в сторонку, бормоча грязные ругательства – он был слишком хорошо воспитан, чтобы произнести их при всех.
Мейвен проверила лямки котомки, висящей на спине.
– Идти нужно быстро и тихо. Если начнется заварушка и нам понадобится помощь, мы вас позовем.
– И каким образом? – прорычала Амогг. – Мы вас там не увидим.
– Но вопли наверняка услышим, – вставил Тиарнах, плюхнувшись на плоский валун.
Мейвен проигнорировала его слова.
– Любая приличная колдунья может передать шепот на такую короткую дистанцию. Как только мы будем там, вы услышите мой голос. Если что-то пойдет не так, встретимся на той барже. Это самый быстрый способ добраться до моря и Верены.
Лоример резко повернулся в ее сторону.
– А кто-нибудь из нас умеет управлять баржей?
Ответом было молчание.
– Я могу управлять баржей, – заявила Амогг. – Это наверняка не сложно. Река течет в море. Баржа деревянная. Дерево плавает. Баржа поплывет к морю.
Она нахмурилась и покачала головой, как будто имела дело с идиотами.
– Может, и так, – хохотнул Тиарнах. – А орки-то плавают? Этот здоровенный вампир плавает как валун.
Клыки Лоримера удлинились, а его взгляд на Тиарнаха явно говорил о том, что глотка рыжего придурка выглядит чрезвычайно аппетитно, прямо как теплый ужин.
– Надеюсь, до этого не дойдет, – рявкнула Мейвен.
Она начала спускаться к улицам Муравейника, и Лоример поспешил следом, радуясь, что больше не придется терпеть общество Тиарнаха.
Они вошли в обветшалые городские предместья, лабиринт каменных и деревянных зданий, в котором лишь наглухо закрытые двери и ставни выглядели крепкими. Камень осыпался, дерево прогнило, черепица на крышах потрескалась и заросла мхом. По центру улицы шла сточная канава, и талая вода несла мусор и нечистоты. Ниже по течению плыл человеческий труп с десятком ножевых ранений в спине.
Лоример поморщился, глядя на лошадиный навоз и человеческое дерьмо на своих сапогах.
– И куда именно мы направляемся?
– К крепости, – ответила Мейвен, пробираясь между мусорными кучами.
В Муравейнике не было стариков, а немногочисленные грязные ребятишки держались от незнакомцев на расстоянии. Когда они оказались ближе к центру города, на улицах стали чаще встречаться изгои-мурвы. Размером они были с низкорослых людей, только покрыты твердым панцирем, у них имелись усики-антенны, жвалы и фасеточные глаза, и, в отличие от своих мелких родичей, они пожертвовали одной парой ног в пользу рук, способных обращаться с инструментами.
Некоторые из них были трясущимися развалинами с отсутствующими глазами, ногами или усиками, что делало их еще более отвратительными для человеческого глаза. Большинство были пьяны от сладкой медовухи, покрытые капельками росы пузыри дурманящего напитка прикреплялись к телам липкими шариками слюны. Мурвы бешено размахивали усиками, что-то невнятно щебетали и пытались рыть норы прямо посреди улицы. Проходящие мимо люди отталкивали их с дороги пинками, но крепкие мурвы не обращали на это внимания.
Мейвен остановилась у открытого дверного проема маленького конического здания из тех, что окружали крепость. Каменные блоки скреплялись между собой не цементом, а каким-то затвердевшим клеем, скорее всего, слюной мурвов. Мейвен вытащила из кармашка на поясе маленький пузырек с мутной жидкостью, капнула на свою ладонь и на ладонь Лоримера.
Он поморщился и раздул ноздри:
– Чем это воняет?
Мейвен вдохнула, но человеческий нос ничего не учуял.
– Это ароматические метки, – сказала она. – Так мурвы общаются друг с другом. Лучше не спрашивай, из какого места они выделяются.
И она шагнула в дверной проем.
