– Нету ее. – Жанетта разрыдалась по новой. – Со вчера так и не вернулась. На ужине с Шевролем этим сидела, он еще объявил, что завтра, то есть уже сегодня, они с ней в ратуше гражданский брак заключат. А покойница действительно все время грозилась донести на мадемуазель Бланшар, что та из бывших. Очень хотела от нее избавиться. – Утерла глаза фартуком. – А сегодня смотрю: в квартиру мадемуазель уже другие люди вселяются, а ее всю ночь и вовсе дома не было.
Следователь поковырял в ухе:
– Выходит, эбертист, член совета секции Арси, собирался сочетаться браком с бывшей аристократкой?
– Гражданка Бланшар не аристократка, – Александр стоял, широко расставив ноги, засунув руки в карманы полосатых санкюлотских штанов, и говорил как можно равнодушнее. – Она художница и музыкантша, помогала знаменитому художнику революции Жаку-Луи Давиду в его творчестве. Просто наша хозяйка была далека от мира искусства. Ей что художница, что аристократка.
Полицейский снял шляпу, почесал в затылке. Еще бы! Упомянут Жак-Луи Давид, а вся полиция находится в ведении Комитета общественной безопасности. Он выудил из кармана окровавленную щепку:
– Вот это я нашел в ране. Жертву убили деревянной палкой или дубиной.
Пьер обрадовался:
– Точно! У Шевроля, жениха девицы Бланшар, была огромная дубина, он ее повсюду с собой таскал и вчера с ней был.
Следователь согнул и помял руку трупа, уже распухшую и приобретшую мертвенный оттенок.
– Судя по состоянию тела, Бригитту Планель убили еще вчера. – Скомандовал капралам: – Несите в морг в Гран-Шателе. Кто прислуга покойной?
– Симону хозяйка вчера из-за братского ужина отпустила к матери. Она рядом с башней Сен-Жак живет. Я могу за ней сбегать, – вызвался Пьер.
Следователь кивком отпустил его, вошел в дом. Александр последовал за ним. Гражданин Брийе, услышав новость, едва не выронил из рук гардины.
Гражданка Брийе возмутилась:
– Как это убили?! У нас с домовладелицей договор! Мы уже и апартамент убрали, и мебель перевезли! А теперь что будет?
Гражданин Брийе выудил из жилетного кармана сложенный пергамент.
– Вчера после ужина мы вместе с гражданкой Планель пошли к нотариусу Жакору, его контора на Гревской набережной, прямо напротив моста Нотр-Дам. Нотариус подтвердит, что мы все втроем явились к нему около половины восьмого.
– А как долго вы там оставались?
– Часа полтора, пока он составлял договор. Потом мы заплатили, гражданка Планель дала нам ключ, и мы расстались.
Следователь развернул договор. Через его плечо Александр заглянул в документ. Договор действительно был датирован вчерашним числом – восемнадцатым прериаля II года Республики. Узнал он и закорючки Планелихи: точно такая же ее подпись красовалась и на его квартирном договоре.
Гражданка Брийе ткнула пальцем в бумагу:
– Вот при нотариусе за весь год ей вчера уплатили! Наша подпись на ассигнатах. Домовладелица их в правый карман положила. Апартаменты теперь наши.
– Ладно, проверим. А после подписания договора вы куда направились?
– Мы на старую квартиру вернулись, паковаться, гражданка Планель сказала, что прямо с утра можем вселяться. А куда она пошла и что с ней дальше стряслось, понятия не имеем.
Александр возмутился:
– Вам же вчера за ужином мадемуазель Бланшар сказала, что тут свободных квартир нет.
Супруги переглянулись.
– Квартиру можно было сдать вам, только каким-то образом сначала избавившись от предыдущей жилички. А Жанетта уверена, что, судя по вещам, гражданка Бланшар со вчера домой уже не возвращалась. Похоже, вы не беспокоитесь, что прежняя съемщица появится и потребует свое жилье обратно?
Гражданка Брийе покраснела, гражданин Брийе побледнел.
– Домовладелица уверила нас, что с прежней жиличкой разберется сама. К тому же парень этой Бланшар заявил, что они женятся. Может, она к нему переехала? Мы тут ни при чем. Это не наше дело, как хозяйка освобождает свою квартиру. Мы ее сняли законно, по рыночной цене. Никто ее обратно забрать не может.
Жена поддакнула:
– Нам от всего этого одни переживания и убытки! Стали бы мы платить за год вперед, если бы знали, что домовладелицу тут же убьют, а нам будут угрожать, что вернется прежняя квартирантка!
Жанетта снова залилась слезами:
– Ой, мамзель Бланшар мне за месяц должна осталась!
Появился Пьер со служанкой Планелихи, юной напуганной девушкой. Запинаясь, завязывая и развязывая ленты чепчика, Симона пролепетала, что хозяйку последний раз видела вчера днем. Из-за совместного ужина та отпустила ее к матери. Там Симона и ночевала, а об убийстве только сейчас услышала от Пьера.
Служанка отперла дверь в жилище домовладелицы, вслед за следователем внутрь просочились и все любопытные. Хозяйка дома сама ютилась в небольшой мансарде с низким скошенным потолком. В камине скорчился полуобгоревший лист бумаги. Когда процессия передвинулась в спальню, Александр выудил бумагу из пепла и спрятал за пазуху.
Симона подтвердила, что, судя по заправленной постели и брошенным вещам, хозяйка дома не ночевала.
