— Имя, фамилия? Отчество там…— комендант с ухмылкой включил компьютер и, введя пароль, начал искать нужную информацию.
— Мариа Анзаи.
Коменд угукнул, а потом, с приподнятыми от удивления бровями, перевёл взгляд на Войлу.
— И что ты мне предложишь за то, чтобы я убрал её из списков?
— Я знаю, что в вашей комендатуре работают почтальоны, которые вынуждены ездить на общей развозке на дешёвых караванах, чтобы доставить бумажную информацию из одного форта в другой. И также кое-какая птичка с очень усталыми глазками напела мне, что почтальоны сами же платят за свою деятельность,— Войла ненароком вспомнил раскрепостившегося Голубя, который во время общего разговора личного состава многое поведал о работе на комендатуру,— Поэтому я предлагаю вам выгодную сделку…
Комендант нахмурился, но заинтересовался.
— Я вам отдам очень хороший микрик с очень вкусной начинкой и доплату в двадцать тысяч камней,— Войла сложил руки на груди и прищурился, глядя на коменданта.
Паренёк позади Войлы вдруг встал и подошёл к коменданту, протягивая ему какие-то бумаги.
Комендант, бросив сухое «подожди» Войле, взял бумаги из рук юноши, пробежавшись по ним взглядом.
Парень то и дело посматривал на Гуляева, как и Войла на него.
— Вот как… Значит, микроавтобус и доплата сверху. Может, ты хочешь предложить что-то ещё?
— Аванс в пять тысяч, если начинка микроавтобуса вас не устроит.
— Вот как,— комендант удивлённо качнул головой и, почёсывая подбородок, переглядывался с юношей в горке.
— Посмотрим. Двадцать тысяч… Сумма немаленькая. Долго копил?
— Порядка двадцати выездов и личный заработок на нычках. Вас интересует ещё какая-то финансовая обёртка моей жизни?
— Нет, нет,— комендант встал, обошёл стол и взял папку у юноши, который с хитрой улыбкой наблюдал за Гуляевым, раскачиваясь туда-сюда на пятках.
— Ну в итоге-то смотреть микрик будете?..
— Будем. Сейчас это и сделаем,— комендант захлопнул папку и вышел из кабинета.
Гуляев же, поднявшись, вышел следом и обогнал коменданта и юношу в горке.
Втроём они вышли из здания комендатуры и подошли к стоянке каравана. Войла представил опустошённый «Соболь-Баргузин», на который уже были накручены новые боковые зеркала, а морда заменена на укреплённую и выкрашенную в чисто чёрный цвет.
— Сегодня наши техники проводили обслуживание всех машин, так что она на ходу и отремонтирована. Царапинки есть, но это так, последствия боевых выездов,— Войла опёрся рукой на машину.
— Ну да, выглядит действительно неплохо…— комендант чуть вскинул брови, но после толчка вбок от юноши в горке активно кивнул,— Есть что-то ещё, что надо знать?
— Да в общем-то всё. Запускается с полпинка, руль крутится как по маслу в любом направлении. Из минусов: на передних сиденьях не поебёшься, а на задних заебут подсказывать,— Гуляев гыгыкнул.
Комендант долго рассматривал машину, прежде чем паренёк в горке его подёргал за рукав.
— Ну что, принимай плату, раз тебя всё устроило, папаша.
Сталкер ещё раз глянул на юношу. Что-то в нём было подозрительное, но Войла до конца не мог понять, что именно. Впрочем-то, разбираться не сильно хотелось.
Остаток дня прошёл за перегонкой микрика к зданию комендатуры, а потом оформление чека на двадцать тысяч камней и, конечно же, удаление данных японки на глазах у Войлы. Доверия к этой системе он особо не имел, но, по крайней мере, даже если после уезда комендант восстановит данные, это уже не будет проблемой. Караван сюда, возможно, больше никогда не вернётся, продолжая повышать планку и стоимость заказов.
А Анзаи… Она может стать хорошей секретаршей, которая будет улаживать вопросы в плане учёта финансов. Научить — дело трёх рабочих дней и недели практики, а дальше она сама научится ориентироваться в документах, распределять бюджет и контролировать расходы каравана, которые были очень частыми и в большинстве своём неоправданными. Войла искренне надеялся, что сделал правильный выбор, вложив почти весь свой капитал в освобождение японки…
Утро принесло Гуляеву долгожданную передышку. Он устроился в одной из незанятых Проводом буханок и расстелил спальник.
Попытки уснуть были тщетны, хотя Войла порядком устал, почти что валился с ног. Что-то не давало ему покоя, мешало расслабиться и просто отдохнуть. Даже когда он наконец засыпал, его начинали мучить видения. Одни и те же, повторяющиеся вот уже более восьми лет.
Белоснежная девушка в пышном, нежном платье. Струящаяся ткань и тонкие черты лица и тела успокаивали и одновременно причиняли невыносимую боль, которая жгучим огнём разливалась в груди и горле.
Прошло много лет, но он так и не получил ни малейшего намёка на то, что его жена жива. Совесть не позволяла ему сдаться и прекратить поиски. Она где-то могла быть. Но где?..
Войла смирился с тем, что придётся искать её очень долго. Но он найдёт её. Потому что пообещал. Пообещал не только себе, но и ей самой. Оставалось только продолжать идти, даже когда жизнь подкидывала такие ужасные испытания.
