«Горнозаводская цивилизация» — это не что-то привнесённое на Урал извне, а закономерный, органичный феномен сугубо уральской жизни. И вогульский компонент — неотъемлемая его часть. Что ж, поищем в сказах вогульских демонов.

Механически этих персонажей можно разделить на две группы: на тех, у которых человеческое обличье основное, и на тех, у которых основное обличье — не человеческое. К первым безусловно относятся Хозяйка Медной горы, бабка Синюшка и Огневушка-Поскакушка. Кроме того, человеческий облик могут принимать Голубая Змейка, Великий Полоз и ящерки Хозяйки, но в сказах их главный облик всё-таки «звериный» (если этот термин уместен по отношению к пресмыкающимся).

Познакомимся поближе с Хозяйкой. Как бы ни был эпичен этот образ, происхождение его скорее всего традиционное — от обычного «духа местности», так сказать, от «дриады камня». Бажов косвенно подтверждает это, поясняя в сказе «Дорогое имячко», что у «старых людей» «самоглавная пещера в Азов-горе была». (То есть по-настоящему «великий» дух обитал не в Медной горе, а в Азов-горе.) «Духи местности» составляют численную основу любого языческого пантеона, и мансийский — не исключение. О её «не-русско-народном» облике говорит М. Никулина: «Хозяйка — вовсе не спасительница и не заступница. Нет никаких оснований её классово ориентировать и представлять поборницей социальной справедливости. Разумней предполагать, что она знает закон общения человека с землёй и карает за нарушение этого закона».

По уральским поверьям, Хозяйка вообще весьма негативно относится к христианству. Хозяйка считалась владычицей всего малахита — не только в Медной горе. На украшение Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге пошло 126 тонн малахита Меднорудянского месторождения близ Нижнего Тагила. Но Хозяйка обиделась, что её камень использовали для православной церкви, и отвела малахит; месторождение исчерпалось. В сказе «Медной горы Хозяйка» Бажов отнёс это событие к руднику Гумёшки: «Вырубили из этой малахитины столбы, какие им надо, выволокли наверх, и барин их на приклад в самую главную церкву в Сам-Петербурхе отправил. Так с той поры Гумёшки на убыль и пошли, а потом их и вовсе затопило. Говорили, что это Хозяйка огневалась за столбы-то, слыш-ко, что их в церкву поставили. А ей это вовсе ни к чему».

«Хозяйка» вогулов в сказах Бажова неузнаваемо русифицировалась, обрела «палаты» в духе русского терема. Возможно, самый близкий ей персонаж русских литературных сказок — Мёртвая Царевна Пушкина. А из мансийской мифологии — богиня-мать Калтась, которая живёт в горе, где в пещере в колыбелях спят души её детей. И бажовская Хозяйка сохранила главное, что выдает её генетическое родство с языческой прародительницей, — не-христианскую, не-православную этику. В сказе так и говорится: «Худому с ней встретиться — горе, и доброму — радости мало». Сама Хозяйка, как может, избегает христианства: например, в сказе «Малахитовая шкатулка» женщина — ипостась Хозяйки «всё Танюшку дитятком да доченькой зовёт, а крещёное имя ни разочку не помянула».

Это только в нынешнее время автор романа-фэнтези берёт и выдумывает каких-нибудь своих собственных, «самодельных» богов или чудовищ, а раньше люди с бесами не заигрывали. В старину религиозная традиция (даже латентная) сохранялась очень прочно. Всё, что не было православным (вместе со всеми многочисленными «толками» раскольников) и не было мусульманским, автоматически оказывалось принадлежащим местным языческим народам. На Урале не найти ни одного фольклорного сказочного персонажа вне православной, мусульманской или финно-угорской традиции.

Другой персонаж — бабка Синюшка. В том, что она приходится двоюродной сестрой Бабе-Яге, не стоит сомневаться. В память об этим родстве на Чусовой стоит боец Баба- Яга.

<p>БОЕЦ БАБА-ЯГА</p>
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги