«Скорее бы вернулся Рови, – думала Нехама, – стал бы помощником в нашей трудной жизни, и тогда…» Она не довела до конца свою мысль о будущей жизни вместе с сыном и… его семьей. Внезапно ее сознание поразила догадка, почти невероятное предположение. «Рови, Рови, – соображала бедная женщина, – не он ли? Не он ли тот, о ком так страстно говорит людям племянник Иоанн? Не он ли тот, кто придет издалека, чтобы вновь указать путь к спасению, помочь бедным и униженным?»
Нехама растерялась. Но заставила себя успокоиться. И дальше она рассуждала так: Иоанн повторяет, будто опять придет человек, мешиах, рожденный девственницей от Святого Духа, но ведь она так и объясняла – прежде всех Ровоаму, а уж потом и другим – появление на свет своего дорогого Рови, своего любимого мальчика. Только вот тут есть одна загвоздка: Иоанн-то не мог знать про Рови. Просто он слышал в детстве, что у него есть младший двоюродный брат. Они даже не виделись. Иоанн, конечно, забыл о нем. До последней минуты Нехама принимала Иоанновы предсказания за странные выдумки больного воображения юноши. Душевнобольным считала она племянника, поэтому жалела его, сочувствовала и бедной Елишебе, которую искренне любила. Но теперь-то выходило иначе. Значит, вправду ее, Нехамы, сыночек, ее ненаглядный Рови, оказался непростым ребенком. Он – дитя Божественное.
Все перепуталось в голове Нехамы. И тот сириец, с которым она лежала на циновке на крыше дома и от которого на самом деле зачала младенца, теперь казался ей… Святым Духом. И обманутый муж представлялся ей тоже Святым Духом, во всей его старческой степенности и даже немощи. Его бесконечные и надоевшие придирки и ворчания выглядели теперь чуть ли не признаками святости и благочестия.
Бедная Нехама! Она в полном смятении. Ум ее готов вот-вот помрачиться. Что делать? Она вдруг поняла: ей грозит безумие. Но она знала, как избежать его. Бросив все дела, Нехама немедленно вышла из дому, никому ничего не объясняя, и отправилась из города бродить в уединении по холмам. Знала она: нужно довести себя до телесного изнеможения, и тогда все в ней успокоится. И природа дала ей душевное равновесие. Нехама доверилась естественному течению событий, запретила себе размышлять над тем, что выше ее разумения, и мысленно вернулась к заботам и делам житейским. «Будь что будет, – решила она. – Пути Господни неисповедимы».
А что же племянник?
Вскоре он тоже встал на ноги. Тогда Нехама рассказала ему о недовольстве старого Ровоама. Иоанн быстро понял, в чем здесь дело, и с готовностью согласился уйти куда-нибудь прочь. Привычное дело для него – скитаться по городам и весям, довольствуясь куском сухой лепешки на обед и на ужин да ночлегом под звездами на кошме пастуха, а то и просто на песке. Нехама, однако, удержала Иоанна от поспешности. Прогонять Иоанна, говорила она, ей совестно перед сестрой. Ведь Елишеба так хорошо ее всегда принимала у себя, да и вообще – любила ее, младшую. Неужели же Нехама ответит сестре неблагодарностью? Но как же быть?
Поразмыслив, она нашла, как ей показалось, удачный выход. По соседству с их домом давно пустовал небольшой участок земли с обветшавшим сараем. Должно быть, хозяин – Нехама никогда не видела его – давно все бросил и уехал или умер, не оставив наследников. Никому из соседей Нехамы и Ровоама не было дела до брошенного участка. Она и решила спрятать там Иоанна от пока еще зрячих глаз мужа. Она вычистила сарай, но подход к нему оставила заросшим колючими кустами, бурьяном, заваленным упавшими деревьями и камнями. Так никто и не догадается, что в сарае есть живая душа. Иоанн с удовольствием перебрался туда. Дважды в день Нехама приносила ему еду…
– Нехама, – однажды позвал Ровоам, – где твой племянник Иоанн? Давно я его не видел. Зрение еще не потеряно мною окончательно, и я увидел бы, будь он здесь.
– Ты сам велел удалить Иоанна, супруг мой, – смиренно ответила Нехама, – я это и сделала.
– Вот какая ты умница, – похвалил Ровоам, – даже не спорила со мной, как прежде. Не ожидал я… Правильно сделала. Он был у нас лишним едоком. Теперь пускай-ка сам добывает себе на хлеб.
Немного погодя Ровоам опять справился об Иоанне:
– Куда же он ушел? Обратно в Хеврон, к матери?
– Н-нет… – Нехама замялась, – не в Хеврон. Зачем же туда? Есть много других мест… Наверное, в Вифлеем… Точно не знаю.
– Ну и хорошо… – Ровоам вздохнул, помолчал. – А мы с тобой будем ждать нашего Рови, нашего спасителя.
– Что?! – Нехама вздрогнула, испугалась. – Что ты сказал, я не расслышала?.. Ты веришь в Спасителя?
