Семь недель неторопливо двигались до Боланского прохода – единственного пути из Пен-Джаба в афганские горы. Рови-Натха, как умел, развлекал людей в дороге. То расскажет о разных племенных богах и божках, да так серьезно и возвышенно расскажет, что ему поверят, хотя при этом он как бы вскользь напомнит, что все-таки богов-то придумали люди. Афганцы смеются: «Ну и шутник же ты, разве богов можно придумать? Такое никому не под силу». А Рови-Натха как ни в чем не бывало продолжает, что, мол, самые просвещенные люди, мудрецы, давно сомневаются в божественности мира, но помалкивают. А потом, иногда осмелев, уже говорят открыто, что никаких богов нет и никогда не было. И опять покатываются со смеху афганцы: «Ох, насмешил ты нас, путник, кто же решится сказать открыто такое?»
А иной раз Рови-Натха припомнит какой-нибудь смешной случай из своих встреч либо с брахманом, либо с простым шудрой, да так изобразит в лицах да с забавными гримасами, что купцы-караванщики опять покатываются со смеху. Вот так лицедей, этот странник из Иудеи!
Когда прибыли в земли пуштунов, Рови-Натха попрощался с купцами, принял от них подарки – всякие амулеты и съестное в придачу: лепешки, сыр, флягу с водой, финики – и пошел своей дорогой, резко свернув на закат солнца. Эту дорогу он помнил. Она вела через Персию, к устьям рек Тигра и Евфрата. Как раз по ней и пролегал издревле Великий шелковый путь из Китая.
Жители персидских сел, попадавшихся теперь часто, уже встречали Рови-Натху, потому что молва опережала его приближение. Разговоров с людьми он не избегал, наоборот, не упускал случая побеседовать, даже развенчать порой местные божества. Эти люди поклонялись идолам.
– Как же вам невдомек, – говорил Рови-Натха, – что ваши боги высечены из камня или вырублены из дерева?
– Так в кого же нам верить? – летели из толпы вопросы. – Богов-то сделали еще наши прадеды.
– Зачем же верить? Надо знать. Только знания дадут вам уверенность в жизни, а не слепая вера… Знания о природе, о мироздании.
– А кто же защитит нас от высших сил? – снова спрашивали из толпы.
– Нет никаких высших сил. Не существуют они. Есть только силы природы. Самая высшая сила – сам человек. Он и защитит себя. Спасет.
– Говорят, будто уже приходил такой человек – Спаситель. Его казнили, и он теперь на небе. Но придет другой и будет вершить на земле справедливость. Правда ли это?
Седой старик, полуголый, дочерна обожженный солнцем, ждал ответа.
– От кого ты услышал о Спасителе, отец?
– С запада приходили торговые люди и рассказывали, будто там в какой-то стране проповедует один человек, предупреждает о скором явлении нового Спасителя рода человеческого.
– Не может один человек быть Спасителем всего рода человеческого. Сказки это. Красивые сказки. Очень удобно и приятно сидеть и ждать, когда придет кто-то и все устроит. Не верьте, люди, сказкам. Их придумывают те, кто хочет управлять вами. Разве не знаете вы, как цари и сатрапы прибегают к выдумкам, чтобы испугать вас, сделать из вас послушных овец?
– Может, ты сам – Спаситель? Идешь на закат солнца, туда…
От услышанного Рови-Натхе сделалось не по себе. Он не отвечал, уйдя в свои мысли, непонятные еще ему самому.
И вот опять вопрос:
– Говорят еще, что этот Спаситель будет не простой человек, не такой, как все. Он рожден девственницей. Так ли?
Рови-Натха совсем растерялся. Он стоял и поспешно продумывал, как же ответить. Люди ждали. И тут его посетила счастливая мысль – о лицедействе, к которому он уже не раз прибегал. И он внезапно… расхохотался. Он корчился в конвульсиях, приплясывал на одной ноге, высоко поднимая другую, строил гримасы. Он проделывал все это как ловкий и умелый актер. И люди, вовлеченные в его шутовство, понемногу стали тоже смеяться.
– Ой, умру! – то и дело восклицал Рови-Натха. – Ну и насмешили, сил нет… Нет, не могу больше с вами… Дайте отдохнуть… – Он сделал неопределенный жест, будто опомнившись. – И потом… мне вообще-то нужно идти дальше. Задержался я тут с вами… Ой, насмешили…
Тем и завершился разговор. Рови-Натха покинул селение. Оглянувшись на повороте дороги, заметил, что люди стояли будто в недоумении, глядя ему вслед. Позже до него дошли сведения, будто бы жители эти расправились со своими идолами – раскололи, раздробили их на куски на своих священных капищах.
Но в следующие селения, встреченные на пути, его уже не впускали. Оказывается, по велению жрецов местных богов жителям запрещалось слушать проповедника, пришедшего неизвестно откуда. «Ну что ж, – рассуждал Рови-Натха, – если кому-то и хуже, то не мне». И шел своей дорогой. Он спешил. И все-таки в пределах Персидского царства задержался до весны. Помешала дождливая зима, когда дороги сделались непроходимыми.
Однажды, отыскивая себе пристанище, где бы обосноваться на некоторое время, он поднялся повыше в горы. Там и нашел он грот, где можно прятаться от непогоды, разводить костер. Словом, можно жить.
