На двух нарядных женщин поначалу никто даже не обратил внимания. Керра с обожанием уставилась на своего возлюбленного, а Элика с не меньшим восторгом разглядывала увешенных оружием воинов. Как и следовало полагать, сами владельцы мечей и луков интересовали ее в самую последнюю очередь. У одного из их у бедра висел изогнутый полудугой меч, оружие, не знакомое Элике прежде, некоторые держали в руках тростниковые трубки для метания дротиков − об этой военной хитрости ей приходилось слышать на уроках полководицы Атланты. А изогнутые металлические звезды, которые совсем юный солдат осторожно оттирал от пятен крови, наверняка были прекрасным метательным оружием. Словно завороженная, Элика сделала шаг вперед, разглядывая вооружение и едва сдерживая порыв потрогать смертельные творения из крепкого металла. Воины расступались, некоторые просто оторопело глазели на незнакомую экзотическую красавицу с нежно-золотистой кожей, другие инстинктивно прикрыли руками мечи и арбалеты, и лишь самые выдержанные почтительно кланялись. Элика практически не замечала их реакции и повисшего в зале оторопелого молчания. Непостижимым образом близость оружия, аура воинственности и духа победы вместе с азартом словно наполнила все существо принцессы небывалым душевным подъемом, как будто вливая силы в ее надломленное сознание, прогоняя слабость и страх. Странное ощущение сопричастности к победе и единения с этим миром охватило каждую клеточку тела, и, когда, подняв глаза, Элика увидела почти рядом принца Кассия, сердце даже не дрогнуло от его испытывающего взгляда.
Иного взгляда. В его глазах больше не было непроницаемого холода вод океана у земель Белого Безмолвия, вод, рушащих флотилии и заживо погребающих в ледяной морской пучине отчаянных путников, посмевших бросить вызов стихии. Серый лед словно растаял под алым пламенем рассвета Лазурийской пустыни, теплые воды океана были спокойны и прозрачны, с жадным любопытством лаская песчаные побережья жарких стран, с осторожностью и настойчивостью одновременно. Улыбка изогнула чувственные губы Элики, улыбка, прежде незнакомая ей, расправляющая плечи и заливающая душевные раны каким-то волнительным умиротворением. Ладонь уверенно накрыла сердце, голова величественно, едва уловимо склонилась в почтительном поклоне, не уронив ни капли гордости и достоинства при этом приветственном жесте, а слова излились уверенной волной величественного океана, придав голосу искренне чувственную твердость.
- Сети ловца не минуют добычи, и смелость его непокорна; так хищник, не зная покоя и сна, в свой чертог вновь вернется с добычей. Эдер его правит путь, придавая неведомой силы первым всегда оставаться в его подконтрольных и преданных землях!..
Ропот пробежал по толпе воинов, выпустил из объятий ошеломленную Керру приятно удивленный Домиций Лентул, глухо ударил мрамор плиты выпавший из пальцев Кассия кубок, и только Элика улыбнулась еще шире, встретив его взгляд без робости и униженной покорности. Словно не скрывались под тугим шелком платья шрамы от жестоко жалящей плети, словно не было тянущей боли внизу живота и полной слез бессонной ночи, словно не бесправной и униженной пленницей вошла она впервые в этот дворец, а самой собой, принцессой самой великой империи и будущей королевой, четко поставившей себе пока еще смутно угадывающую цель мирового господства.. И не страх и робость вызвал взгляд сильного противника, принца Кассиопеи, ибо не было сейчас неясной грани хозяина и рабыни, стерлась, исчезла в атмосфере величия она на какой-то долгий замерший миг... Лишь приятная эйфория, пробежавшая по позвоночнику и сладко отозвавшаяся в каждой клеточке тела, показавшаяся столь естественной и разумной в этот момент...
Словно смеялись после крепких дружеских объятий священный Антал и чуждый атланской религии бог тьмы Лаки, совместными усилиями подарившие милой им обоим женщине черные крылья, которые теперь правили ее путь. Пусть ненадолго, но, казалось, оба божества твердо и непреклонно велели ей бороться, пусть на миг, но вспомнить о своей роли, о стальном характере, невзирая на кусающего губы от бессилия оставшегося в одиночестве Эдера.
Так же величественно и гордо, не спрашивая позволения, принцесса Атланты плавно развернулась и направилась к выходу из зала, чувствуя легкое движение ветра от рукоплескания Непобедимой Криспиды, чувствуя спиной прожигающий взгляд Кассия, замершего у своего трона в неподдельном изумлении, столь сильном, что остановить дерзкую пленницу даже словом не было у него сейчас никакой возможности...
Принц Кассий сдержал свое слово.
Три обещанных круговорота солнца покой Элики не был нарушен. После их встречи в тронном зале, по сути, еще более запутавшей и без того усложненные отношения, соткавшей атмосферу напряженной неопределенности, оставшиеся два томительных круговорота они не видели друг друга.
