Снова начала пить! Что ж, ожидаемо. Мама, конечно, сказала, что в Тролльхейме они начнут новую жизнь, но он, пожалуй, никогда и не верил, что она сдержит обещание. Так вот почему она так обрадовалась, когда он сказал, что после школы пойдёт гулять с Тобиасом и Тарой. А он-то думал, мама радуется, что у него появились друзья.
Он взял со стола недопитую бутылку водки и отправился в спальню за чистой футболкой. Кажется, в кино все именно так и делают? Дезинфицируют раны выпивкой? Он отвинтил крышку. Бактерии, прощайте! Адам вылил остатки водки на рану и тут же взвыл от боли. Неужели бывает так больно? Он чуть не лишился чувств, но всё-таки сумел сесть на край кровати и перевязать рану футболкой. Рядом что-то зашевелилось.
– Эй, малой, помочь чем? – прорычал низкий голос.
Из-под одеяла на него сонно глядел незнакомый широкоплечий бородач с волосатой грудью.
От неожиданности Адам аж подскочил.
– А ты ещё кто такой!? – возмутился он.
– Эй, друг, спокуха! Чё орёшь? – Мужчина положил себе руку на лоб. – Мамка твоя предупредила, что ты придёшь. Сказала, приберётся до твоего прихода. А я вот вырубился.
– Как и она сама, – сказал Адам. – Передай ей, когда проснётся, что я переночую у друзей.
– Как скажешь! Бывай!
Адам схватил одеяло и подушку и вылетел из спальни.
– Эй! А мне чем укрываться!? – донеслось ему вслед.
Значит, сегодня ночуем в Замке Ворона!
Тобиас крался по коридору своего большого частного дома. Из гостиной доносились звуки телевизора. Он аккуратно заглянул внутрь. Мама вязала на диване, папа набивал трубку, сидя в большом кресле. Они смотрели новости.
Чтобы попасть в свою комнату, Тобиасу нужно было пройти мимо них. Но не может же он появиться перед ними в таком виде: в обгоревшей одежде и с подпаленной шевелюрой! Ему ни за что не отболтаться.
Он попытался проскользнуть мимо дверного проёма так быстро и беззвучно, как только мог.
– Тобиас! – вдруг радостно воскликнула мама. – Золотце моё, ты дома!
Она потянулась к пульту, чтобы понизить громкость телевизора.
Папа пробормотал что-то неразборчивое и почесал бороду.
Тобиас прибавил скорости и тотчас оказался у входа в свою комнату.
– Тобиас! – продолжала мама, вертя в руках пульт. – Я пирожки испекла, с пылу с жару! Сварим какао и посмотрим мультфильм?
– Нет, спасибо, – крикнул в ответ Тобиас, влетел в комнату и моментально запер за собой дверь. А затем рухнул на кровать и наконец-то с облегчением выдохнул.
В дверь постучали.
– Тобиас?
Снова стук.
– Ты не поздороваешься? Не будем варить какао?
Ручка пару раз дёрнулась вниз-вверх.
– Тобиас… Ты запер дверь? Что ты там делаешь?
– Мама! Я устал. Я просто хочу побыть один. Хорошо?
– Зайка, ты заболел? Принести градусник? Записать к врачу?
– Ма-ма! – в отчаянии застонал Тобиас. – Со мной всё в порядке, я просто ужасно устал. Я ложусь спать. Не буди меня до завтра!
Повисла долгая пауза.
Из-за двери прозвучало разочарованное «ну что ж…», и Тобиас услышал удаляющиеся шаги, а затем снова заработал телевизор.
«Уму непостижимо…» – пробормотал Тобиас себе под нос и вздохнул.
Какое-то время он просто лежал и собирался с силами. Затем наконец поднялся, стянул с себя обгоревшую одежду и запихал в пакет. Их нужно будет сжечь в очаге, в пещере под Замком Ворона.
Оставшись в одних трусах, он подошёл к большому зеркалу на двери платяного шкафа и уставился на своё отражение. Повсюду виднелись красные пятна от ожогов.
Ерунда! Само со временем заживёт, хотя чем-то помазать бы не помешало… Кажется, в подвале Замка Ворона был тюбик заживляющего крема…
Он перевёл взгляд на опалённые волосы. Их только стричь. В пакет – и в огонь, вместе с одеждой. Мама наверняка будет в шоке, когда увидит, что кудряшки исчезли. Но пора уже и самоутвердиться немного! Он так и видел: «Мама, мне вдруг ужас как захотелось подстричься! Так что я теперь так похожу!» Уф, от одной мысли об этом разговоре уже дурно делается.
Тобиас грустно похлопал себя по округлому животу, похожему на мячик. И как он сможет сражаться против волков и троллей в таком виде? Огромный живот, хилые руки? Полный коллапс после какой-то там плёвой пробежки по снегу!
Он попробовал, как бодибилдер, напрячь мускулы на руках, но никакой особой разницы не заметил. Тара права. Им нужно стать сильнее. И может, если у него будет плоский живот, то Таре он понравится больше? Может быть, они даже станут парой? С таким животом у него нет ни шанса завоевать такую девушку! Нет уж, пришло время, отныне – совсем другие пироги!
В дверь снова постучали.
– Тобиас, пирожков не хочешь? Могу просто поставить их перед дверью… Вкуснота!
– Нет, мама! Я не голодный, поел у Адама. Пожалуйста, хватит стучать! Я уже почти сплю!
– Ой, извини, золотце! – шаги снова удалились.
Другие пироги… В животе нехорошо заурчало. Может, только один? Нетушки!
