Так и что это за лампочки такие? Я подошел ближе и с удивлением обнаружил, что внутри бутылок заключены те самые феи, что некогда разукрасили нас с котом во все цвета радуги, а также принесли сообщение от хозяина данного замка. Вот те раз, а этих-то за что? Не, девчонки, конечно, с норовом и краской пуляются не хуже краскопультов, но в принципе безобидные, а когда увеличиваются до нормальных размеров, то в некоторых местах вполне себе симпатичные. Я осторожно пощелкал пальцем по одной из бутылок, но лежащая в ней фея лишь едва дернула крыльями и вновь замерла, зато в соседней вскочила на ноги и принялась активно жестикулировать, затем упала на колени и сложила ладони лодочкой в умоляющем жесте. Да я в принципе и так собирался. Сургучные печати слетели от одного легкого щелчка и, миновав мое антимагическое поле, на краткий миг превратились в этакие шаровые молнии, чтобы тут же лопнуть с противным треском, а бутылки просто рассыпались в прах. Фея бросилась к своим подругам, которые рухнули в спешно подставленные Скрипачом руки.
— Живые? — поинтересовался я.
— Да, — пискнула та. — Просто ослабли сильно, их ведь вперед меня поймали. Спасибо вам, магистр, что не оставили.
— Да не за что, — пожал я плечами. — Кстати, ты случайно…
— Знаю, — фея резко увеличилась, превращаясь в уже знакомую черноволосую девушку (
— Ну тогда веди, Сусанин с крылышками.
Фея вопросительно вскинула вверх свою тонкую бровь, но нарвавшись на мою острозубую улыбку в фиг уже знает сколько зубов, покорно уменьшилась и рванула вперед по коридору, ну а мы соответственно за ней. Подруг нашей «Динь-Динь» Скрипач бережно упаковал в свою напоясную сумку, выстелив её дно какими-то выделенными Батоном тряпками
Кстати, внутренний дизайн замка по сравнению с прежней обителью Властелина значительно изменился, помрачнел как-то. И если раньше у него был этакий полутемный магический хайтек, то сейчас вокруг царила готически-римская мрачность, ну в смысле было темно, постоянно какие-то балерьефы с горгульями, но и мускулистых статуй в римском стиле с обнаженными чреслами вполне хватало. Впрочем, особо рассматривать и любоваться местными достопримечательностями было некогда, разве только с тыльной стороны (а
— Я дальше не могу, магистр. Тут пролегает граница нашего мира, а я слишком слаба, чтобы быть там.
— Но ты же была в нашем, — удивился я.
— На тогда помог Владыка, — тихим голосом пояснила та. — Дал нам элексир. И вообще обещал превратить в настоящих, в реальных, — она зло сжала кулаки. — Он обманул, обманул, многих обманул, а когда мы попытались пойти против, то заточил в темницу, издевался, обещал в стрекоз превратить. Хорошо Владычица заступилась…
— Владычица? — мы удивленно переглянулись с Батоном.
— Да, — кивнула фея. — Владычица была добра к нам, а этот… плясать заставлял, веселить, одежды лишал… ненавижу!
Так, понятно, значит наш Властелинчик метнулся во все тяжкие, надеюсь с Эльфирой руки догадался не распускать, а то ведь оборву по самые уши и пришью чуть пониже, причём самыми суровыми нитками. Моё воображение сразу же подсунуло мне соответствующую картинку, саркастически посмотрело на неё, хмыкнула и добавила пару уточняющих штрихов, ликвидирующих остатки какой-либо приличности. Я зло рыкнул, выпустив сквозь зубы небольшую струйку дыма и заставив фею с испуганным вскриком отскочить в сторону. Непривычная мне злоба набегала волнами, требовала вымещения, хотелось рвать, метать и бананового торта с кроличьей требухой, а мой внутренний боевой хомячок уже облачался в доспехи, готовясь буквально ринуться в крестовый поход. И тут, опа…
— Скрипач, можно твой топорик на минутку, — ласково выцедил я сквозь зубы, смотря на появившихся из-за поворота коридора гоблинов в сопровождении пары черных рыцарей.
