И потому было странно видеть у ещё несовершеннолетнего парня такой тяжёлый взгляд. По нему одному можно было понять что их обладателю пришлось пережить... многое. Многое приобрести и столь же многое потерять. Принимать неприятные, но необходимые решения. Рисковать своей и чужой жизнью. Брать на себя ношу, которую лишь единицы могли нести.
Даже за столом поза парня полностью затмевала его юношеский шарм, придавая тому... взрослости. А глаза, наполненные мудростью глубоких старцев, смотрели вдаль и щурились, словно пред ними вставали картинки пережитого.
И только сейчас в голове Орикса стрельнуло уже забытое воспоминание. Та же поза и тот же задумчивый взгляд был присущ госпоже Джувии, что иногда вечерами сидела на балконе Индрика и могла часами смотреть куда-то вдаль, предаваясь воспоминаниям, коих могло скопиться просто уйма за всю её многолетнюю жизнь.
Орикс, как и все слуги, не знал истинный возраст покойных хозяев. Даже за 50 лет службы гвардеец ни разу не видел ни единого изменения в лицах лорда и его жён. Не было ни морщин, ни единого потускневшего волоска, ни свойственной великовозрастным людям тоске по былому. Будто время для их тел и разума навсегда остановилось.
И лишь иногда оно будто вновь начинало свой ход. Когда госпожа Джувия сидела одна на балконе, когда госпожа Астра с ностальгией осматривала свою брошь и когда военачальник с лёгкой улыбкой наблюдал ночами за звёздами, словно ища среди них... кого-то.
И пока в голове мужчины всплывали картинки прошлого, Анхель вновь стал обычным пареньком, наслаждающимся вкусной выпечкой и не скрывающим при этом своей радости. Копия своей матери, что всегда была приветлива и открыта, но временами тиха и загадочна.
Кровь не водица. Именно этим для себя гвардеец и объяснил такую перемену.
— Ладно, поели и пошли работать дальше. Скажите людям, чтобы заход...
Юнион так и не договорил, услышав шум в коридоре. Были в нём звуки негодования, ругань приближающихся и быстрый топот удаляющейся толпы.
— Встаньте за мной, господин! — пробасил капитан гвардии, вставший прямо перед дверью кабинета и уже ухватившийся за меч на поясе. — К нам приближаются...
— И я знаю даже кто, — морозящим кожу голосом проговорил Анхель, в чьих ещё секунду назад пышущих радостью голубых глазах погасли любые эмоции, оставляя в них лишь чистый холод. — Встань возле меня и не влезай. Я сам разберусь.
В голосе ре-лорда, перешедшему резко на «ты», не было ни просьбы, ни пожелания — лишь чёткий приказ, не терпящий неповиновения.
И Орикс беспрекословно подчинился, как когда-то молча следовал всем указаниям старого лорда.
Но это не мешало ему обдумывать случившееся:
Итак, кто-то — судя по шагам, их двое, — проникнул в заброшенную лечебницу, оккупированную ре-лордом для обещанного исцеления горожан. Прошли через охранные посты гвардии, раз смогли добраться до коридора за дверью. Сильнее их всех вместе, значит ранг примерно от начального «Барона» и выше. А ещё очень самоуверенные, раз решили так вероломно добраться до милорда. А на такое в этом городе могут пойти лишь единицы.
Кто-то вроде «Маркиза»...
...Но уж точно не эти двое...
— Наконец-то мы с вами встретились! — оскалившись, в коридор ввалился молодой парень, немногим старше самого Анхеля.
Коротко стриженный брюнет с густыми бровями и широкой улыбкой, больше походящей на оскал зверя. Позади него с угрюмым видом топал синеволосый паренёк, что раздражённо смотрел на своего товарища. И при этом, глянув на сидевшего за столом блондина, слегка кивнул.
Ни извинений, ни банального словесного приветствия.
Обычный. Сраный. Кивок.
Паладины, а никто другой в городе не носил латы с золотой звездой, вальяжно прошли вперёд. И почему-то были без своей няньки...
Прокашлявшись, черноволосый уже собирался вновь заговорить:
— Позвольте представиться...
— Не позволяю, — перебил его ре-лорд, чем заставил встать в ступор паладинов, не ожидавших такого ответа. — Вам не была назначена встреча, вы не являетесь моими пациентами и уж точно я не желаю разговаривать с теми, кто решил так нагло заявиться сюда. Выход вы знаете где.
— Э-э-э... — единственное, что смог выговорить брюнет, таращась на Анхеля.
— Мы... извиняемся за произошедшее, — синеволосый, что оказался сообразительней товарища, тут же кивнул в качестве извинения, на что итак уже злой Орикс сжал до хруста руки. Этот сопляк думает, что своими кивками ему всё простят?! — Просто мы пытались ещё вчера с вами поговорить, и...
— Вы с первого раза не понимаете? — холодная речь, наполненная толикой презрения, вновь заткнула почитателей Ариссы. — На выход.
— Мы по делу богини! — тут же выпалил весомый по мнению "зверька" аргумент.
И... его не прервали. Анхель продолжил молча и с непроницаемым лицом смотреть на двух "посетителей", в уме принимая решение. Нет, выгонять их сейчас будет слишком... ущербно. Они у всех на виду размотали гвардейцев, нагло завалились к одному из хозяев Кадии и при этом уйдут от него без последствий за свою борзость?
