– Почему она не просыпается? – Он слегка приподнял ее, аккуратно тряся за плечи.
– Потому что только тот, кто наложил заклятие, может его снять. Или тот, кто теперь будет на месте Нортса.
– А до этого момента моя мама будет на грани смерти?
Альма лишь тяжело взглянула на парня.
– И что мне теперь делать? – спросил Джекс.
– Найти того, кто занял место Нортса, и заставить его разбудить твою маму. – Она говорила с настороженностью.
– Где мне его искать? – твердо спросил Джекс, мысленно готовый отправиться куда угодно ради Лары.
– Если будешь находиться рядом со мной, он сам тебя найдет. Эринии охотятся на меня.
– Ладно, это уже план. А что будешь делать ты?
– Искать то, что потеряла. Но не советую тебе идти со мной, смертный, тебя быстро убьют.
– Нет уж, это решать мне.
Альма пыталась отговорить Джекса от упрямого и глупого поступка. Джекс не спорил, безрассудней этого он не делал еще ничего в своей жизни. Не считая, конечно, того дня, когда въехал на велосипеде в машину директора школы. Но тогда Джекс был всего лишь во втором классе, и тот день ознаменовался его первым предупреждением.
Парень прекрасно понимал абсурдность ситуации. В конце концов, в отличие от Альмы, он был смертным. Простым человеком, у которого всего одна жизнь. Куда ему тягаться с чудовищами, которые начали пробуждаться от присутствия мойры в мире людей. Чудо, что он добрался до дома живым.
Джекс взглянул на мать, лежащую в постели, куда он ее перенес с пола гостиной. Он принял твердое решение, что не может оставить ее или подвести.
К тому же список его вопросов пополнился еще одним.
– Тот эриния, Нортс, – бросил Джекс, когда увидел Альму в дверном проходе своей комнаты, – он сказал, что знает имя человека, который числится моим биологическим папашей.
– Он сказал не так, – возразила мойра, скрещивая руки на груди и хмурясь, наблюдая за спешкой парня.
Джекс второпях расхаживал по комнате, собирая вещи в свой рюкзак, из которого предварительно вытряхнул пару тетрадей и ручку. Парень сказал, что если ему суждено умереть, то рядом с ним не должно быть никаких школьных вещей.
– Не в этом суть! – крикнул он, практически залезая в шкаф и вытаскивая из недр голубую футболку. – О, чистая!
Произнеся это, Джекс быстро сложил ее в уже полный рюкзак. Альма осуждающе смотрела на него, не отводя взгляда.
– Зачем ты берешь с собой все это? – Она указала на заполненный всевозможными вещами рюкзак.
– Пригодится.
Мойра подошла к набитому рюкзаку и принялась рассматривать его содержимое. Она вытащила небольшой твердый предмет, крутя его в руках.
– Десять пар носков и дезодорант? – Альма прочитала название на упаковке. – Для чего это?
– Понимаешь, парням в моем возрасте свойственно им пользоваться, – попытался объяснить Джекс, смущенно забирая из рук девушки свой дезодорант и снова запихивая его обратно.
– Там было написано, что это нужно для запаха. Ты собираешься пахнуть персиками в битве за свою жизнь или сидя, к примеру, в темнице?
– Нас могут взять под стражу или посадить? Я еще ни разу не нарушал закон. – Голос Джекса звучал взволнованно.
– Я тоже. Но ваш смертный Демьян меня не жалует. Вернее, он пытался поймать меня, а затем пленить.
– Зачем ему это?
Джекс перевел взгляд на ошейник, по которому Альма невольно провела пальцами. Он догадывался, что место, откуда пришла мойра, не самое лучшее, ведь он нашел ее босую посреди леса, но он и подумать не мог, что девушку могли держать в плену.
– А сам как думаешь, зачем людям может быть нужна та, кто умеет обрывать судьбы? Он хотел превратить меня в убийцу, которую можно держать на привязи возле себя. Или вроде того.
Она пожала плечами.
– Звучит ужасно.
– Вроде Демьян говорил о том, что ему нужно оборвать судьбу кого-то конкретного, но имени он мне не назвал. Не успел, так как я сбежала. Мне нужно выяснить, как он совершил призыв, иначе это может повториться и мои сестры окажутся в опасности. Я уверена, что я не последняя в списке его планов. И я готова сделать все, чтобы моя семья не пострадала.
Парень надел рюкзак, который еле застегнулся после третьей попытки. Когда его плечи начали болеть под тяжестью вещей, Джекс был вынужден признать свое поражение в пользу рюкзака и по совету – вернее, упреку – Альмы сложить исключительно необходимые для выживания вещи.
Джекс заглянул в комнату матери. Солнечный свет, лившийся из окна, касался ее волос и лица. Лара выглядела умиротворенно, словно просто спала и на нее не было наложено какое-то там заклинание посланником смерти.
Альма объяснила, что его матери ничего не угрожает. Кома была вызвана магией, которая как бы запечатала Лару в одном моменте. Так что она продолжит находиться в том же состоянии и ей не нужны будут ни еда, ни вода. Но все-таки Джекс не мог оставить ее вот так одну. Он позвонил тетушке Дорос и путано попросил приехать присмотреть за Ларой. Пришлось наврать, что врачи оставили ее дома и ей требуется только присмотр.
Выходя, он закрыл дверь.
– Я ее не могу оставить, – сказал Джекс. – Мне нужно спасти маму, ведь я все, что у нее есть.
– Лара хорошая для смертной. Она мне даже нравится.
