Да, он зарабатывает больше. В последнее время – гораздо больше, чем я. Швеей в ателье много не заработаешь… Зато теперь у меня зарплата в три раза выше! Но и работа гораздо сложнее. И интереснее.
Я строчу на машинке, обрабатываю мелкие и сложные детали. Все получается легко – оборудование в “Мандарине” прекрасное, не то что на моей прежней работе.
Во время короткого перерыва снова беру телефон и вижу новое сообщение от дочки.
“Я узнала. Лагерь стоит семьдесят тысяч, вместе с дорогой и всем остальным. Говорят, это недорого, а место очень хорошее, прямо на море”.
Недорого? Да, наверное, это адекватная цена за месяц хорошего отдыха. Но для меня сейчас невозможная.
“Начало смены через десять дней, сразу, как школа закончится”, – продолжает писать дочь.
Вижу, она загорелась. Хочет отдохнуть и повеселиться со своими старыми подружками. И это было бы прекрасно! Но…
“Алис, ну если бы ты раньше сказала, мы бы что-нибудь придумали. Но вот прямо сегодня у меня денег нет”.
“А у папы?”
У папы… Папе не до тебя. Он сейчас развлекается на море со Снежаной. И я не хочу это представлять.
Я вообще не могу о нем думать! Не хочу видеть и слышать.
Хотя… почему бы не обратиться к мужу? К отцу наших детей?
Невозможно поверить, что я узнала о его измене всего лишь вчера. Кажется, что прошла вечность. День был просто бесконечным… И я не знаю, как я его пережила.
Одно я могу сказать точно – я стала другой. Как будто проснулась от спячки. И увидела все, чего не замечала раньше…
Если честно, я и сейчас немного боюсь звонить мужу. Боюсь, что не смогу вести себя как ни в чем ни бывало. Поэтому пишу.
“Алиса хочет поехать в лагерь на море. Путевка стоит семьдесят тысяч. Можешь перевести мне на карту?”
Я никогда так не разговаривала с мужем. Обычно, если мне что-то было нужно, я начинала издалека. Подготавливала почву. А сейчас просто прошу денег.
“Аня, какие семьдесят тысяч? Вы там вместе с Алисой рехнулись, или что? У меня нет таких денег”.
Конечно, нет! Ты же потратил их на любовницу.
Через пару минут приходит еще одно сообщение:
“Алиса пусть едет к бабушке на дачу. Ей будет очень полезно поработать на грядках. А то совсем берега потеряла!”
Конечно, и мне, и детям, будет очень полезно корячиться на грядках. И только тебе, уставший ты наш, достался роскошный отдых в Сочи…
Я возвращаюсь к работе, но меня всю трясет от возмущения. Но я профессионал. Я смогу сосредоточиться и сделать все идеально. Черт! Стежок получился криво. Надо быстро распороть и переделать, пока никто не увидел…
Я ни за что не должна потерять эту работу!
* * *
Я дома, переодеваюсь перед открытым шкафом. Мой взгляд цепляется за пиджак мужа, и в груди полыхает. Это очень дорогой пиджак…
В последнее время Коля стал модным и стильным. Накупил костюмов, рубашек, галстуков. Брендовую обувь, модные джинсы. Кучу денег на все это угрохал. “Мне нужно соответствовать должности, поддерживать статус”, – говорил он.
Я беру в руки его рубашку. Меня душит непреодолимое желание ее уничтожить. Порвать, порезать, облить краской…
Я знаю, многие обиженные жены так делают. И я их прекрасно понимаю. Для такого человека, каким стал Коля, потерять свой шикарный гардероб – это большой удар. Значит, я его нанесу! Может, от этого мне хоть немного полегчает… Утихнет это невыносимое жжение в груди, сжигающее меня изнутри.
Я хватаю плечики с костюмами, бросаю на пол, ищу свои большие портновские ножницы, чтобы порезать это все на кусочки…
И тут меня осеняет: а ведь это стоит денег! И немалых. Я не знаю точно, сколько… но этих денег хватило бы не на одну путевку в лагерь на море.
А что если, продать костюмы, рубашки, галстуки? У Коли еще и часы есть. И запонки. Все в прекрасном состоянии, я тщательно ухаживала за вещами мужа.
Возьму и выставлю все это на “Авито”. Оптом. Срочная продажа по сходной цене!
Запрошу столько, сколько нужно на путевку в лагерь. Нет, на две путевки. Сыну тоже нужно отдохнуть на море.
А Коленька по возвращении пусть ходит в труселях. Их, так и быть, оставлю. Только немного порежу…
Аня
– Через сколько нас разведут? – это первое, о чем я спросила юриста, как только оказалась у него в кабинете и передала документы.
Ярослав заехал за мной в обед, отвез в юридическую фирму. А сам укатил по каким-то своим срочным делам.
– Зависит от того, чего хочет муж, – отвечает юрист, глядя на меня поверх очков.
– Я не знаю.
А что я еще могу сказать?
– Он как-то высказывался по этому поводу?
– Он пока не в курсе, что я подаю на развод.
– Понятно. Видимо, будут осложнения, – скорее утверждает, чем спрашивает юрист.
– Видимо, – киваю я.
Коля будет в шоке и в ярости – когда я сделаю все, что задумала. И чего от него ожидать в таком состоянии, я боюсь даже представить.
Дальше юрист рассказывает, как все будет происходить: мы подадим заявление в суд, Коля получит повестку, состоится заседание…
После консультации выхожу как будто в прострации. У меня такое ощущение, что я не поняла и половины из того, что он говорил. Но главное я сделала: начала процесс развода.
