Вылезаем из такси перед клубом, обе напялили «маленькое черное платье» — мое так вообще чрезмерно открытое на спине и короткое… Агата уговорила надеть и сейчас злюсь на себя за мягкотелость. Боюсь отказать девчонке, когда она рядом прямо таю как мороженое, потому что это первые за долгие годы человек, который бескорыстно добр со мной. Заходя в клуб чувствую себя странно. Как будто отмотала пленку на десять лет назад. Как прежде ловлю на себе восхищенные заинтересованные мужские взгляды. Агата буквально пищит от эмоций, ей все это в новинку, золотистые глаза искрятся смехом и весельем. Она тащит меня на танцпол и мы отдаемся во власть музыки. Поневоле поддаюсь беззаботной атмосфере и говорю себе, что все не так уж плохо. Что все самое плохое уже позади…
Pov Морозов
Привезти Тамирову в дом родителей — настоящее безумие. Отлично это понимаю, но не властен уже над своими поступками. Смотрю на Риту в зеркало заднего вида, как устроилась в дальнем уголке джипа, смотрит перед собой в ветровое стекло невидящими глазами. Маленькая жертва или коварная искусительница? Не могу ответить на этот вопрос. Понимаю, что снова попал в ее паутину. Что она снова все кишки мне вывернет. И мне плевать. Знаю только, что хочу ее. И отпущу только когда… Только когда это бешеное желание пройдет.
Рита ведет себя так, словно не помнит о моем присутствии в машине, что ей абсолютно все равно… а я ощущаю ее близость каждой клеточкой тела. Как и прежде, когда она рядом, все чувства обострены до предела, нервы превращаются в туго натянутые струны.
Не могу отвести взгляд от ее прекрасного лица. Самого чувственного и желанного. Ее нижняя губа слегка выпятилась вперед, ресницы полуопущены. Пальцы выбивают нервную дробь на коленях. Распущенные волосы рассыпаны по плечам беспорядочными прядями.
Я хочу ее прямо сейчас, так сильно, что сжимаю изо всех сил руль. Хочу остановить машину на дороге, и трахнуть ее прямо сейчас, завалить на заднем сидении.
Злюсь на себя за эти мысли. Не могу никак привести чувства в порядок. Нельзя так… Нельзя так вести себя с ней, что бы она там в прошлом мне не причинила. И нельзя позволять ей снова завладеть моим сознанием…
Поэтому оставшийся путь стараюсь не смотреть на нее, сосредоточиться на дороге. Но помимо воли все равно взгляд изредка выхватывает то нежную линию щеки, то тонкую, созданную для поцелуев шею, то маленькую высокую грудь, сосок, натянувший блузку.
Она не надела белье? Или оно слишком тонкое?
Я возбужден весь путь до поместья, даже когда она засыпает, на это вообще не могу смотреть без боли в сердце. Проклинаю себя за то, что похож сейчас на изголодавшегося по сексу подростка.
Стоит остановить машину, Тамирова просыпается и сразу начинается стычка. Она полна решимости помешать моим планам поиметь ее. Держит дистанцию, бормочет об отъезде. Меньшее, что хочу от нее слышать. На ее лице маска холодной решимости: подбородок поднят, черные как ночь глаза смотрят упрямо. Ее щеки порозовели от ветра, волосы еще сильнее растрепались…
Хочу запомнить каждый момент ее пребывания здесь. Хочу помочь ей, но это малая толика того, что хочу.
***
Уже ранним утром вернувшись с пробежки, потираю ладонями лицо и смотрю на окна ее спальни. Интересно, что она сейчас делает? Проснулась? Принимает ванну? Представляю, как она натирает себе ножки мыльной пеной… и умираю от желания оказаться рядом.
И тут же охватывают воспоминания, сердце начинает биться чаще. Вспоминаю… поток горячей воды, удушающий пар, запах секса, спермы, пота. Влажное тепло, когда касаюсь губами складок между ног Риты. Ее пальцы, зарывающиеся мне в волосы.
И только огромным усилием воли стряхиваю оцепенение, наваждение. Иду к себе в комнату, почти бегом, потому что член у меня встал и выпирает из спортивных брюк, весьма заметно.
Только теперь становится ясно, что был идиотом, решив привезти ее сюда, к родственникам. Ей тут больно. Все напоминает о прошлом, еще и тетушка подливает за ужином масла в огонь. Рита словно ведьма, горящая на костре. Я давно простил ее. Но есть не только я. Семья дело другое. Если захочу представить ее как свою девушку, примут ли? Сомневаюсь… Нельзя по щелчку пальцев перестать ненавидеть.
Но сейчас это все не важно. Могу думать лишь о том, чтобы оказаться в ней. Мне мешает Агата, мешают слуги… Ругаю себя, что не выбрал квартиру, о которой никто не знает. Где мог бы сутки напролет погружаться в это хрупкое податливое тело. Но я домой притащил. Хотел увидеть ее там, где всегда мечтал. Прямо фетиш какой-то. Вызвал для Риты мозгоправа. А если задуматься, мне бы и самому не помешал.
***
