— Проституткой вырядиться тоже ты уговорила?
Агата замирает от этих слов, глаза округляются. Наверное, она никогда не слышала от брата подобной грубости.
— Иди в дом, Агата. — Приказывает Морозов.
— Только с Ритой! — запальчиво кричит девушка.
— Нет. Она останется.
— Нет!
— Я сказал: иди.
Когда Агата уходит, Морозов хватает меня за предплечье и тянет снова к машине.
— Садись, — кивает на переднее пассажирское сидение.
— Куда мы поедем? — машинально сажусь и захлопываю дверь. А что мне остается? Я же сама только что рвалась покинуть этот дом… Но думала Ян позволит хоть какие-то вещи взять. А не так, в разорванном платье…
— Тебе это важно? Только что собиралась валить куда подальше, ну так вот, я решил тебе в этом посодействовать.
— Можно я переоденусь? — спрашиваю дрожащим голосом.
— Нельзя, Рита. Ты мне в этом платье нравишься. Сексуально.
— Перестань, пожалуйста! Я все поняла и осознала, больше так не буду! Пожалуйста!
— Пожалуйста что?
— Прости меня…
— Прощение нужно заслужить, Тамирова. И ты как никто об этом знаешь. И как никто умеешь его зарабатывать… в постели.
Он словно дал мне по лицу со всей дури. Чувствую как оно горит, я горю вся, от нестерпимого стыда и унижения. Только сейчас понимаю, что Морозов пьян. Чувствую запах алкоголя, поражаюсь как он в таком состоянии за руль сел. Воспитанный, добропорядочный… Сейчас он совершенно не такой. И я почти уверена, что исполнит то, о чем говорил сейчас… Это меня уничтожит. Больше унижений мне не вынести, но я не пытаюсь ни кричать, ни пытаться сбежать. Например, распахнуть дверь и выпрыгнуть из машины на ходу. Я лишь отстраненно думаю об этом, как вылетаю на асфальт, как лежу кувырком на обочину. И мне все равно, я словно в транс впала.
Видимо Ян способен читать мысли на моем лице, потому что тут же включает автоматический блокиратор дверей.
Ехали мы не долго, Ян остановил машину возле девятиэтажного дома, вылез и открыл мне дверцу.
— Где мы?
— Ты вроде хотела, чтобы снял тебе квартиру.
— Ты снял мне квартиру?
— Нет. Вылезай, иначе возьму на руки.
Все еще придерживая платье неуклюже вылезаю.
— Зачем сейчас? Ночью… Можно было…
— Я тебя хочу, неужели не понятно? Так что ночь самое подходящее время.
— Я не буду спать с тобой!
— Не волнуйся, спать точно не будешь.
— Ты понимаешь, о чем я. Шагай, Рита.
Надо бежать. От него, куда глаза глядят. И я этого хочу. Но далеко убегу в разорванном платье? И что это даст? Лишь покажет, что я конченая идиотка.
Поэтому захожу в подъезд, в лифт. Как послушная собачонка рядом с хозяином. В лифте забиваюсь в угол страшась, что начнет прямо сразу лапать меня… Как в кино… Оттенки серого, чтоб им провалиться. Слезы подступают к глазам. Но Ян не касается меня и даже не смотрит. Выходим на девятом этаже.
Ну конечно, лофт. Роскошный, большой. С лестницей, посреди гостиной, ведущей в спальню. А дальше — наверняка выход на крышу.
— Красивая квартира, — произношу дрожащим голосом. — Здесь проституток трахаешь? Для этого снимаешь?
Мне противно спрашивать об этом. Еще противнее думать, что это его любовное гнездышко с Ланой.
— Ты специально хочешь разозлить меня еще сильнее, Тамирова? — отрывисто спрашивает Ян. — Я не шучу с тобой. Не в игрушки играю.
— Я поняла. Ты хочешь трахаться, а я под боком, — вырывается всхлип, как ни старалась сдержаться. Так где мне наклониться, босс?
— Там, — Ян показывает рукой на кожаный диван возле окна.
Сглатываю горечь, поднимающуюся из желудка. Он не шутит. Все это взаправду. А я ведь почти привыкла к розовым очкам, которые он сам же на меня нацепил. Защитник. Принц на белом коне. Решил все проблемы, защитил от злодея, привез в свой замок.
Но принцев не бывает, пора бы уже в это поверить, дура. Мужская природа такова — они хотят тебя иметь. Остальное — лапша на ушах.
— Только не надо строить из себя жертву. Выглядишь как шлюха, оделась так по доброй воле, так почему не поработать шлюхой этим вечером?
— Ненавижу тебя! — подхожу с этими словами туда, куда он сказал.
— Встань на колени, спиной ко мне, — тихим хриплым голосом командует Морозов, и я повинуюсь, сосредоточившись на том, чтобы сдержать слезы, готовые брызнуть из глаз.
Чувствую, что Морозов приближается, сжимаюсь, я вся как натянутая тетива, готовая в любой момент выстрелить.
— Снова играешь в свою любимую игру, дам кому угодно только не тебе, очкарик?- с горечью спрашивает Ян.
— Я не могу так, — отвечаю со всхлипом.
— Повернись.
Снова повинуюсь. Разворачиваюсь к нему, сажусь на диване, поджав под себя ноги. Смотрю с отчаянной надеждой, что пытка закончится. Что он простит меня за поход в клуб. Он прав в чем-то… и в то же время неправ, и должен понимать это. Я не хочу секса в наказание. И не хочу думать, что Яну эти игры нравятся. Мне так нужна его доброта! Не хочу верить, что выжгла ее в годы юности…
Ян переводит взгляд на мои губы, и понимаю, что он сейчас меня поцелует.
— Я уверен, ты можешь все, Рита.
Эта фраза лишает меня последней надежды. Ян не пойдет на уступки. Сделает так, как решил. Возьмет как шлюху.
