- …и поэтому я планирую наделать как можно больше шума, покидая лагерь, и чтобы они обязательно услышали, что мы пойдем вверх по Грязной реке. К тому времени, как мы окажемся на расстоянии досягаемости от крепости Клыка, они соберут всех трудоспособных мужчин на тридцать миль в округе, готовых броситься за нами, мечтая о шансе разорвать на части римскую когорту. А это, господа, означает, что будет много разгневанных варваров. Они перейдут через реку, как стая голодных волков, надеющихся догнать нас на марше, слишком быстрые, чтобы мы смогли их обогнать, и слишком сильные, чтобы мы могли противостоять им в прямом бою.
После двух дней вынужденного отдыха, когда когорта ждала, пока луна войдет в самую темную фазу месяца, и восстанавливалась после сурового марша на север, центурионы собрались на вечерний брифинг со своим трибуном. Каждый офицер держал в руках обычную чашу вина, создававшим атмосферу непринужденной легкости, с которой Скавр управлял своими людьми, а их внимание было приковано к примипилу, излагавшему свои планы.
- В тот момент, когда племя соберется с силами, кавалеристы Сила помогут нам провернуть изящный маленький трюк, который я задумал, чтобы не дать этим татуированным маньякам сбить нас с ног и сокрушить. И пока мы, чтобы отвлечь внимание, будем разбираться с военным отрядом вениконов, центурион Корв и его люди должны будут незаметно проскользнуть в крепость и забрать Орла Шестого легиона. После кивка и подмигивания Фортуны мы перегруппируемся здесь через несколько дней, штандарт легиона будет спасен, а синеносые будут по-настоящему обеспокоены, после чего мы отправимся по дороге на юг запасным вариантом. Остается надеяться, что варвары не начнут буйные военные действия против фортов на стене, но даже если они это и сделают, наш долг — доставить Орла Шестого Легиона в безопасное место, как бы нам ни хотелось им помочь.
Юлий поднял чашку.
- Я выпью за это. И если богиня Фортуна не услышит наших молитв, то будем полагаться на свои мечи и твердые руки а также на окровавленный клинок Коцидиса!
Собравшиеся офицеры поддержали его мнение и опрокинули вино себе в глотки, протягивая чашки для доливки, когда Арминий проходил мимо них с кувшином. Дубн подмигнул Марку.
- Скажи мне, брат, кого ты возьмешь с собой на эту самоубийственную миссию?
Римлянин на мгновение задумался, прежде чем ответить.
- Ну, очевидно, моего разведчика Арабуса, поскольку он идеальный человек, который будет идти впереди и высматривать врага. Луго, конечно, и слышать не захочет о том, чтобы его оставили, а легионер Верус покажет нам лучший подход к крепости, учитывая его знание равнины Грязной реки и ее болот. Помимо нас четверых, Дрест и его люди получат шанс показать нам, насколько хороши их навыки в бою и в кражах. Я думаю, что восемь человек, более чем достаточно.
Арминий заговорил, не отрываясь от своих обязанностей виночерпия.
- Девять, центурион. Я все еще должен тебе жизнью.
Дубн ухмыльнулся своему другу.
- Мне, кажется, хочется тебе этого или нет, ты прихватишь с собой этого непокорного раба.
Он протянул пустую чашку, сделав притворно-извиняющееся лицо, когда Арминий презрительно наполнил ее до половины.
- Я беру свои слова обратно! Ты величайший воин, когда-либо живший на земле, и без тебя, зашищающего его спину, наш друг оказался бы во власти всех желающих его убить. И наполни мою чашу, как следует, а?
Гигант германец просто поднял бровь, прежде чем перейти к следующему человеку, к большой радости собравшихся центурионов. Арминий буркнул через плечо, продвигаясь вдоль их линии, а его внимание было сосредоточено на вине, которое он наливал.
- Полчашки, это все, что ты заслужил, центурион. Завтра ты пойдешь в поход, чтобы подергать вениконов за бороды во второй раз за эти два года, и на этот раз там не будет такой реки, за которой можно было бы спрятаться. Так, что тебе лучше пить поменьше.
На следующее утро тунгрийская когорта с большой помпой двинулась на северо-запад от форта, трубач каждой центурии старался превзойти остальных в том энтузиазме, с которым они сигналами рассылали приказы своих центурионов. Марк взял человека префекта Каста Дреста с собой на стену форта, и оттуда они наблюдали, как длинная колонна солдат направлялась по дороге к Высоким Горам. Наконец, когорта последней центурии вышла из северных ворот форта и пошла по дороге, Марк покачал головой, поджав губы в мрачном веселье.
- Знаешь, Дрест, когда ты идешь в составе когорты на марше, она кажется могучей нескончаемой колонной хорошо обученных бойцов, в доспехах, с оружием и суровыми лицами, и все же, когда я стою здесь и смотрю на них сверху…
Фракиец согласно кивнул головой.
- Да, действительно, колонна в семьсот человек отсюда выглядит совсем не очень. - Он перевел взгляд с далекой марширующей колонны на стоящего рядом с ним римлянина: - Полагаю, вы пригласили меня сюда не для того, чтобы продемонстрировать зрелище вашей когорты в контексте угрозы, которая ее ожидает?
Римлянин кивнул.
