Через несколько бесконечных минут Император опустил руку и погладил девушку по щеке.
- Пусть это послужит тебе небольшим уроком, моя сладкая...
Он подозвал одного из стоявших в дальнем углу комнаты офицера.
- Вызвать сюда Маарека Штеля!
Офицер тут же достал коммуникатор, передавая приказ.
Потом Палпатин обернулся к девушке. Сайлорен без сил повисела на прикованных руках, пытаясь отдышаться. Воздух с присвистом проходил сквозь прокушенные губы. Император медленно, почти ласково провел рукой по лицу девушки, очерчивая его нежный овал, спускаясь к узкому, измазанному кровью подбородку.
- Знаешь, ты мне чем-то напоминаешь мою сестру.
Пальцы играючи прошлись по дрогнувшим губам, теребя и раскрывая на них ранки. Потом Палпатин чуть наклонился и, припав к шее девушки, провел по ней языком, словно пробуя на вкус.
- Я ощущаю вкус твоего страха.
Сайлорен, задрожав от отвращения, попыталась отстраниться, но оковы почти не позволяли шевелиться.
- Чудовище, - еле слышно прошептала она.
- Ты боишься, хотя и хочешь скрыть свой страх. Как глупо. Всё только начинается. Ты, милая моя ученица, забыла самый главный принцип, который я когда-то усвоил потом, болью, кровью и слезами, - он привычным движением опустил плиту в горизонтальное положение, так что теперь Сайлорен видела только темный металл потолка с вделанными в него светодиодами, и резко бросил через плечо:
- Всем выйти вон.
Дождавшись, когда комната опустела, Император оперся рукой о гладкую поверхность стола и глянул Сайлорен прямо в глаза.
- Когда-то, когда я был молодым, глупым и честолюбивым, мой учитель после одной из наиболее тяжелых и кровавых тренировок сказал мне: расскажи мне о сильных сторонах своих, и я буду знать, как их обезвредить; расскажи о своем величайшем страхе, и я заставлю тебя встретиться с ним лицом к лицу; расскажи, что ты больше всего ценишь, и я пойму, чего тебя можно лишить; расскажи, чего ты страстно желаешь, и я откажу тебе в этом. Эти слова стали краеугольным камнем моего обучения и становления. Вырвав из моего сердца все, что было можно, учитель наполнил мою душу Силой Темной стороны. А ты забыла те уроки, которые я тебе давал. И теперь, девочка моя, ты умрешь здесь, скуля от боли и ужаса. Умрешь с осознанием того, что я найду и убью твою подругу, и ты ничего не сможешь сделать, потому что ты слаба! Умрешь, понимая, что не смогла её защитить. Твои последние мгновения будут наполнены болью собственного бессилия. Это твой самый большой страх. Потеря близких. Знаешь, ты схожа с Вейдером. Он так боялся потерять жену и ребенка, что предал всех, кого знал. И все равно не сумел их уберечь.
Император зашелся хриплым смехом. Сайлорен закрыла глаза, собираясь с силами. Она начинала понимать, что дальше будет ещё хуже. Ведь сделан только первый шаг по пути в ад.
Отступив назад, Палпатин вытянул руки, и в тело девушки вновь впились молнии. Она глухо вскрикнула и отчаянно забилась в своих путах. Император покачал головой и сделал несколько шагов к двери. Словно по неслышному приказу та открылась, и в комнату вошел невысокий мужчина с холодными глазами и абсолютно лысой головой. Преклонив колени перед Императором, он негромко сказал:
- Владыка, вы меня вызывали?
- Да, Маарек, - Император чуть улыбнулся. - Сегодня ты покажешь мне искусство, которое так долго шлифовал в застенках СИБ (СЛУЖБА ИМПЕРСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ).
- Как прикажете, мой господин.
- Приступай. Но сначала вызови мою стражу.
Выполнив приказ, Штель выкатил из темного угла комнаты двухэтажный столик, заставленный различными приспособлениям. Между тем Палпатин удобно устроился в роскошном кресле и стал наблюдать за работой палача.
Тот подошел к девушке и точным движением повернул ее голову в сторону. Сайлорен почувствовала, как в шею впилась игла. Потом, взяв со стола специальный ножик, он начал разрезать одежду жертвы, постепенно оголяя её тело. Сайлорен против воли вздрагивала каждый раз, когда холодное лезвие прикасалось к коже.
- Мальчик мой, поясняй свои действия, чтобы моя милая ученица не скучала, - велел император.
- Господин,эта инъекция вызывает короткие, но довольно частые судороги и спазмы мышечных связок, боль с каждой судорогой будет расти. Средство не раз доказывало свою эффективность.
Прошло несколько бесконечных минут мучительного ожидания, и Сайлорен почувствовала, как мышцы начинают непроизвольно сокращаться, скручивая обессиленное тело, сперва едва ощутимо, а затем всё сильнее. К тому же начало каждого приступа сопровождалось ударом дубинки, которая, казалось, была покрыта битым стеклом и безжалостно рассекала кожу. Задыхаясь от боли, девушка надсадно дышала сквозь стиснутые зубы. Она не знала, сколько времени прошло, прежде, чем где-то в стороне прозвучал голос Императора:
- Пока хватит, Штель. Девочка моя, расскажи мне теперь, что ты знаешь о повстанцах и о их базе.
- Ничего, - еле слышно выдохнула Сайлорен.
- Молчать не разумно, - было слышно, что Император усмехается. - Думаю, Маареку стоит продолжить.
