Глаза нелюдя налились пронзительно-яркой зеленью, и мастрим заткнулся на полуслове, догадавшись, что его малышка, очевидно, умудрилась сильно допечь мужика.
— Городок готов почти, — сообщил Джедд. — После обеда можно мальцов туда пускать. Может, устроим для них соревнования какие?
— Было бы неплохо, — пожала плечами Ли. — А что, если установить мишени и показать детям, как стрелять из лука?
— Хорошая идея, — неожиданно поддержал Оливию Касс, и она, тут же повернувшись к нему, сердито заявила:
— Можешь не стараться, сапоги твои я все равно чистить не буду.
— Я действительно считаю, что это хорошая идея, — закатив глаза, тяжело выдохнул Касс.
— А твоего мнения никто не спрашивал, — вякнула Оливия, напыжившись, как индюк.
— Да неужели? — язвительно потянул герцог. — А приказывать моим людям установить мишени ты сама пойдешь, или подождешь, пока я это сделаю?
Через мгновение напряженных раздумий Оливия нахально выдала:
— И попрошу. Я ведь, кажется, твоя жена и их госпожа?
— О как? Жена?! — изумленно распахнул глаза Касс. — То есть, как командовать моими людьми — ты об этом помнишь, а как постирать мою одежду — у тебя память напрочь отшибает?
Джедд, весело ухмыльнувшись, почесал щеку и, одарив супругов красноречиво говорящим взглядом, что-то насвистывая себе под нос, ретировался с кухни.
— Вы тут быстрее разбирайтесь друг с дружкой, а то там народ уже под трапезной собрался, — обронил он напоследок. — Жрать охота.
Повелительно ткнув пальцем теням на еду, которую следовало отнести на стол, Ли буркнула:
— За мной!
Монстры замерли, покосившись на Касса, Касс — на Оливию, а Оливия — на монстров.
— Что? — изогнула дугой бровь девушка.
— Ты волшебное слово забыла, — почти с издевкой произнес Касс.
— Пожалуйста? — прищурившись предположила Ли.
— И-и-и? — наклонил голову к правому плечу Касс.
— Пожалуйста, — состроив едкую гримасу, милостиво произнесла Ли.
Тени, схватив чайники и кастрюли, понесли их в трапезную, а когда водрузили на столы, охотница, забрав поднос с едой, круто развернулась в другую сторону и бросила вобравшему своих сущностей Кассу:
— Ну, вы теперь и без меня разберетесь, а я к Лэйну.
Чувствуя, как с каждым ее удаляющимся шагом в душе снова растет тревога, Ястреб зло ударил кулаком в стену.
— Твою мать! Когда же это закончится?! — сжав зубы до проступивших на скулах желваков, простонал он.
Открыв двери, герцог запустил в помещение весело галдящих детей и взрослых, а затем уселся на скамью рядом с Джеддом.
— А ты чего рыбу не ешь? — подцепив на вилку начинку, удивился Джедд. — Вкуснотища.
Гадливо взглянув на морковно-луковую смесь, Касс нервно сглотнул.
— Кажется, я уже наелся, — поднялся из-за стола он.
— Ну, не хочешь — как хочешь, — пожал плечами мастрим. — Я тогда твою порцию съем. Не возражаешь?
Касс не возражал: после кухонной экзекуции на еду теперь вообще смотреть не хотелось, а натянутые и дребезжащие, как струна, нервы появлению аппетита и вовсе не способствовали.
Добравшись до гостевого домика, Ястреб, вывернув из-за угла, обнаружил на улице Оливию. Девушка стояла к нему спиной, и воспользовавшийся этим Касс быстро спрятался обратно, пока она его не заметила.
Между тем охотница, налив в кадушку воды, принялась стирать его одежду, что-то тихо насвистывая себе под нос.
Осторожно выглядывая из своего укрытия, Касс тайком наблюдал за девушкой, ловко справляющейся с тяжелой работой. Странная мысль неожиданно пришла в голову герцога: а смогла бы его Эория вот так запросто встать спозаранок, чтобы накормить толпу голодных людей, а потом, не разгибая спины, стоять и стирать на холоде его грязную одежду?
День выдался пасмурным и ветреным, и тонкие ладони охотницы покраснели и сморщились от студеной воды. Кассу вдруг стало стыдно за свою выходку. Во время войны ему приходилось самому стирать свою одежду в речной воде, и он хорошо помнил, как осенью и зимой от холода сводило пальцы и ледяные иглы впивались под ногти. Сжав зубы, Ястреб вышел из-за угла, торопливым шагом направляясь к Оливии.
— Дай сюда, — выхватив из ее рук свои брюки, негромко пробасил он. — Дальше сам достираю.
Наверное, возникни перед охотницей сейчас каменный тролль, и то на ее лице было бы меньше удивления, чем после тех слов, что произнес Касс. Тревожно хмурясь, Ли смотрела на стоящего перед ней мужчину.
— Я умею стирать, — зачем-то пробормотала она, словно у дель Орэна на этот счет были какие-то сомнения.
— Я вижу, — сипло выдохнул Касс. — Договор отменяется.
— Что? — непонятливо вскинула голову девушка.
— Я просто хотел отыграться на тебе за лук, — честно признался герцог. — Признаю — это была глупая идея.
Лицо Оливии внезапно вытянулось, и в голубых глазах промелькнуло какое-то по-детски наивное изумление. Тыльной стороной мокрой ладони она механически убрала упавшую на лоб косую прядь, и Касс, повинуясь непонятному порыву, схватил ее ледяные руки, согревая в своих.
— Иди в дом, — мягко произнес он. — Ты замерзла.
Оливия молчаливо отступила на шаг, растерявшись еще больше.
