– В хижине пусто, – информирует Альтон собирающихся вокруг него людей. – Следы ведут туда, но внутри никого.
Это и есть его план? Заставить их поверить в то, что я растворился в воздухе? Я заползаю под раму кровати – по колено высотой. Отсюда я вижу, как из дверного проема появляется рука с факелом, осветившим царящий в хижине беспорядок. Я как можно плотнее прижимаюсь к полу, мечтая полностью слиться с ним.
– Смахивает на логово дьявола, – комментирует человек с факелом.
– Обыщите хижину, – приказывает чей-то голос – знакомый, но я не могу вспомнить чей.
Снаружи завязывается приглушенный спор. Вдруг кто-то кричит:
– Волчьи следы! Они ведут в лес!
И люди устремляются к опушке по следам Хроу. Там они соединяются с другой группой преследователей. Никто из них не видел волка. Я улыбаюсь, уверившись, что Хроу проскользнула мимо и убежала в лес. Вся толпа идет по следам обратно к хижине. Их не меньше трех-четырех десятков – все мужское население Тевринтона.
– А вот и следы человека, – замечает рив Эльдрид. – Он прибежал из селения и вошел в хижину, затем снова вышел. Потоптался на опушке. – И в чащу ведут уже волчьи следы.
Я вдруг понимаю, что именно так всегда выглядели наши с Хроу следы. Перепуганные сельчане перешептываются.
– Оборотень! – к такому заключению приходят они, посовещавшись. Это слово переходит из уст в уста с разными оттенками ужаса.
– Оборотень превратился в невидимку. – Напускной страх в голосе Альтона призван подействовать на всех, кроме меня, так как я постепенно начинаю понимать его план. – С помощью колдовства!
Отец замолкает и дает возможность односельчанам в тишине осознать вывод, к которому он стремится их привести. А затем присоединяется к всеобщему хору ужаса. Это действует гораздо убедительнее, чем если бы он попытался объяснить им свою идею словами.
– Самое разумное, что мы можем сделать, – отправиться по домам, запереть двери и позаботиться о своих семьях.
Все соглашаются с ним.
– Когда к нам приедет олдермен, я поговорю с ним, как нам поступить, – говорит один из мужчин. Видимо, он пользуется авторитетом, присущим обладателю важной руководящей должности. Но всеобщее раздражение усиливается. Ведь этот человек только что признал их горсткой перепуганных и не готовых к решительным действиям крестьян. И все же они с облегчением соглашаются – с колдовством пускай разбирается олдермен. Высшая власть должна принять необходимые в данной ситуации меры.
