– Нет, конечно. Я видела твоё интервью и поняла, что ты взялся показать жизнь почти неизвестного тебе человека. Но не будем больше говорить об этом. Поверь, Генрих, меня сейчас твое кино вообще не интересует.
– А что тебя интересует? – Опешил Генрих, внутренне готовый к тому, что она, как Лара, как многие другие актрисы, будет добиваться выигрышной роли.
– Только ты, – она улыбнулась, протянула руку и нежно взяла его за запястье. – Потанцуем?
Это последнее танго под зажигательный ритм «Акапулько» Марьяна танцевала без блеска, без сложных фигур, иногда сбиваясь, настолько ей мешало слаженное биение их сердец. Едва кончилось танго, Генриха поманила рукой девушка-администратор.
Она дала ему телефон, он поговорил, несколько раз кивнул, с чем-то соглашаясь. Потом достал свой телефон, кажется, перевел деньги, сверяясь с бумажкой в руке администратора. И еще что-то сказал, она кивнула и отошла. Генрих вернулся к столику.
– Марьяна! Такси у входа. Ты, надеюсь, не передумала? Едем? – Он посмотрел пристально, но она встретила его взгляд, не дрогнув. В её глазах можно было утонуть, как в омуте.
«К черту вчерашние дурацкие мысли о мести! Мне жить осталось всего ничего. Всего миг до вечности». Она улыбнулась облегченно, отбросив последние сомнения.
– Едем! – Она встала, обняла его и поцеловала в губы. Молодое сердце забилось в груди, молодая кровь вскипела в жилах…
Марьяна ехала в такси, душа её пела и плакала. Пела мелодию, которая звучала этой ночью для двоих, каждое прикосновение рождало новый аккорд: то тихий и нежный, то громкий и оглушительный. Это была единая гармоничная симфония страсти. Она знала, что это не сон, её время утекало, как в песочных часах. Счастье её было огромно, но приправлено горечью. Не себя жалела она. У неё исполнились сразу два несбыточных желания. А вот как переживёт Генрих эту утрату? Он клялся в вечной любви, и, пожалуй, впервые в жизни, говорил, что нашел такую женщину, с которой хочет не расставаться никогда. А она исчезла из его жизни навсегда. «Ты хотела мести – она удалась. Что же ты не торжествуешь?» Вот и подъезд, темно, пустынно. Единым духом преодолела лестницу, вошла в квартиру. Слабый рассвет напоминал, как мало ей осталось. Она повесила платье на спинку кресла, чтобы видеть его перед сном, погладила рукой волшебную ткань. «Спасибо, Генрих! Который? Они оба мои». Полюбовалась своим отражением в зеркале, надела ночную рубашку и легла. Лежать было непривычно удобно, тело охватила приятная усталость, но ничего нигде не болело. Она закрыла глаза… Генрих рядом в соседнем кресле, её рука в его руке, самолет разгоняется и отрывается от земли, а у них как будто вырастают крылья…
Генрих проснулся на диване в гостиной Маши под мягким пушистым пледом. Голова покоилась на подушке, а обувь стояла рядом на полу. Он невольно улыбнулся: «Маша позаботилась». Ничего себе, хорошо поспал. Срочно искать билет на ближайший рейс в Москву! Маша тихо вошла в комнату.
– Не решилась разбудить. Переживала, ты не сказал, когда летишь назад.
– Не бери в голову. Всё ОК.
– Поужинать успеешь? Я ужин приготовила и накрыла в кухне.
– Ты готовить умеешь?
– Каждая женщина должна уметь вкусно готовить. Особенно, если есть для кого. Так считала моя бабушка.
– Прости, столько хлопот из-за меня. Маша, а когда у тебя отпуск?
– По графику через неделю.
– Приезжай ко мне в Москву. Я тебе город покажу, экскурсии проведу по индивидуальной программе. Остановишься у меня. Нет, ты не думай ничего плохого, я у отца поживу временно. У меня новая удобная квартира, рядом с метро. Кстати, хочешь, на съемках побывать? Я актрису не выбрал на главную роль, подскажешь, кто больше подходит.
– Как же ты без актрисы снимаешь?
– Руководство канала решило снимать сериал частями. Снимаем первую часть. Марьяна появится позже. Согласна приехать? Скажи, на какой день заказать тебе билет?
– Я сама куплю билет.
Генрих засмеялся.
– Значит, согласна. Я рад. Я встречу.
Всю неделю до приезда Маши Генрих находил несколько свободных минут пообщаться с ней по интернету. Мешал плавающий график работы Маши, разница во времени между городами, и бешеный ритм его работы. Радовало, съемки пошли. Он не сомневался: сериал получается.
Маша категорически отказалась останавливаться в его квартире: она приняла приглашение Шелехова. Но радовало, что разрешила себя встретить. В аэропорт Генрих поехал в черной рубашке и черных очках, но его всё равно узнали. Он обнаружил, что их с Машей несколько раз снимали телефонами. Раньше Генрих не обращал внимания, но сейчас это раздражало. Он не хотел выносить на люди то, что ему дорого.
Шелехов оказался несказанно рад приезду Маши. Оказывается, она всегда останавливалась у Павла Николаевича, когда приезжала в Москву. А однажды на практике даже прожила в его семье месяц. Валентина, жена Павла, уехала в Краснодар к сыну погостить, там ожидали появления правнука. Маша навезла подарков всем домочадцам, не смотря на их отсутствие. Она по-хозяйски прошла на кухню, исследовала содержимое холодильника, и оформила доставку из ближайшего магазина.