Бринмор прочистил горло, слегка смутившись. Странно было думать, что ещё вчера он видел её живой; ещё более странно было то, что Роман не сообщил ему эту новость. Он ли это сделал? Если так, то, возможно, условия сделки были выполнены. Если нет…
— Чего ты хочешь от меня? — спросил Брин, медля, и ведьма наклонилась вперёд.
— Я хочу, чтобы ты помог мне убить одного из Фёдоровых, — сказала она.
Занятно. Не так много женщин, ведьм и иных существ, обладали таким же стальным характером, что и Марья Антонова. Он подпер подбородок рукой, изучая сидящую напротив девушку.
— Ты преемница Марьи, — предположил он, складывая всё воедино, и она пожала плечами.
— Может быть, — ответила ведьма. — А может, я просто очень зла.
Ох, она ему нравилась. Это подавил эмоции и провёл большим пальцем по губам, обдумывая.
— Я заключаю сделки, знаешь ли, — заметил он. — Если ты хочешь моей помощи, то точно не получишь её просто так..
— Я и не рассчитываю, — спокойно ответила ведьма. Иван бросил на неё вопросительный взгляд, но она проигнорировала его. — Если тебе нужна сделка, то у меня есть деловая хватка.
— И что это?
Её губы изогнулись в тонкой улыбке.
— Рычаги давления.
— Есть что-то, чего, как ты думаешь, мне не хватает? — Он обвёл рукой офис. — Тебе будет непросто предложить что-то действительно стоящее.
Она с этим явно не согласилась.
— Ты фэйри, верно? — произнесла она, и его выражение мгновенно стало настороженным. — А значит, у тебя нет магии в этом мире.
— Да, это так, — подтвердил Брин нейтральным тоном, сдерживая раздражение от этого напоминания. — И ты предлагаешь свою?
— Конечно нет, — ответила она. — Я не идиотка, да и вряд ли могу предложить тебе что-то значительное, пока жива. Но я предлагаю тебе Фёдорова, который заплатит своей жизнью в качестве возмездия за мою сестру. — пояснила она, и, к своему неудовольствию, Брин подался вперёд, заинтригованный.
— В органах ведьмы хранится магия, — пояснила девушка. — В сердце, печени. Особенно в почках, — уточнила она, и хотя Иван слегка вздрогнул рядом с ней, но она осталась невозмутимой. — Везде, где кровь очищается, магия сохраняется годами. И я помогу тебе её извлечь.
Брин обдумал это.
— Ты настолько хороша?
— Настолько, — подтвердила она. — Меня учила моя сестра.
Интересно. Всё становилось ещё более заманчивым.
— Это идёт вразрез с другой сделкой, — заметил он, постукивая пальцами по столу. — Вопрос лишь в том, кто сможет заплатить мне первым.
— Хорошо, — сказала ведьма, пожав плечами. — Я могу заплатить уже сегодня вечером, если это поможет.
— Дела с наркотиками идут как надо??
— Сделка будет заключена сегодня вечером, — подтвердила ведьма, и Брин наклонил голову, тихо хмыкнув.
— Не самое благоразумное делиться такой конфиденциальной информацией, — предостерёг он. Уголки её губ дрогнули в едва заметной улыбке.
— Правда? — переспросила она. — Тогда мне, наверное, не стоит упоминать ни время, ни место. Боже упаси, чтобы ты передал это своему источнику среди Фёдоровых, — прошептала она. — Ведь кто-то из них может быть там и оказаться уязвимым…
Ах, как она хороша.
— Какой именно Фёдоров? — спросил Брин небрежно, проверяя её решимость.
— Мёртвый, — ответила она с ледяным спокойствием.
Он улыбнулся. Очень, очень хороша. Несмотря на все прежние обязательства, он был не в том положении, чтобы отказываться от любой магии, которую ему предлагают — особенно по столь выгодной цене.
Брин протянул руку через стол.
— Мисс Антонова, — сказал он, — полагаю, мы достигли взаимопонимания. Я приведу к тебе своего источника среди Фёдоровых, и в обмен ты отдашь мне его магию. Договорились?
Она бросила взгляд на Ивана, и тот слегка наклонил голову, словно говоря: «
— Договорились, — произнесла она и пожала рук Брина, скрепляя их договор..
— Дима, — окликнул Лев, найдя брата в дальнем углу его лофта, где располагался его кабинет. — Ты занят?
Дмитрий медленно поднял взгляд, будто выходя из своих мыслей, и лишь затем его глаза встретились с Левом, став мягче. Старший и младший из Фёдоровых всегда были близки, несмотря на то, что Дмитрий казался недосягаемым и почти божественным в глазах Льва. Их отношения отличались от тех, что были у Льва с Романом, и уж тем более от тех, что были между Романом и Дмитрием.
— Лев, — сказал он, поднимаясь. Воротник его рубашки был слегка распахнут, и Лев нахмурился, заметив очертания повязки.
— Ты ранен? — спросил Лев, и Дмитрий опустил взгляд, проведя ладонью по груди.
— Пустяк, — ответил он. — Со мной всё будет в порядке. — Прочистив горло, он указал на кожаное кресло. — Тебе что-то нужно, Левка?
— Вроде того. Я… — Лев замешкался, борясь с противоречиями. — Я хотел поговорить с тобой о Роме. Ну, и об Антоновых, — поправился он. — Полагаю, об обоих.
Дмитрий медленно опустился в кресло, слегка поморщившись. Похоже, боль, причиненная рукой Марьи Антоновой, всё ещё давала о себе знать.
— Ты о его ненависти к ним?