В отличие от Антонова, который легко обсуждал свои дела в присутствии жены, Лазарь держал свои секреты при себе. Он и Анна вели, по большей части, раздельную жизнь, за исключением времени, потребовавшегося ей, чтобы зачать ребёнка.
К тому моменту у Антонова уже родился первенец — красивая девочка по имени Марья. «Подходящее имя», — подумал Лазарь, но вслух не сказал. Как и мать, маленькая Марья Антонова с самого рождения обладала пронзительным взглядом. Лазарю казалось странным, что он это замечает. Она была любимицей своего отца.
— Принцесса Марья, — ворковал Антонов, держа дочь на руках. — Моя Машенька, моя маленькая принцесса!
Лазарь не чувствовал к ней ничего подобного, но предчувствовал, что их жизни — его, её и слишком тихой, слишком умной матери этой девочки — навсегда переплетутся.
А потом родился Дмитрий.
С рождением сына Лазарь впервые узнал, что значит любить кого-то сильнее, чем самого себя. С самого первого крика, вырвавшегося из лёгких его сына, человек, которого называли Кощеем Бессмертным, обрёл своё предназначение. Он хотел наследника для всего, что он построил, но в тот день понял, что его призвание — нечто куда большее.
Смыслом его жизни стало создание чего-то, что будет достойно его старшего сына.
Лазарь убедился, что был прав, подружившись с Антоновым. Не потому, что тот был особенно полезен, а потому, что он был
Лазарь назвал своего второго сына Романом в честь Антонова, зная, что для молодого человека такой жест будет значить гораздо больше, чем для него самого. Антонов, гордый человек, стремился лишь к комфорту и дружбе. Но он был талантлив и души не чаял в сыне Лазаря — Диме. Лазарю стало очевидно, что потребуется совсем немного усилий, чтобы обеспечить верность Антонова до конца его дней.
— Я назову своего сына в твою честь, — пообещал Антонов, сияя от такой перспективы. Но каждый раз, когда его жена Мария рожала дочь, лицо Антонова вытягивалось от разочарования. Потом была ещё одна дочь. И ещё одна. Всего их стало семь, и маленькая Маша, идеальная копия своей матери в миниатюре, стояла во главе сестёр. С каждым рождением дочери Антонов разочаровывался всё сильнее, и когда Мария сказала, что больше не может иметь детей, он поддался вялой меланхолии и переключил своё внимание на сыновей Лазаря.
К тому времени, когда Анна умерла — неожиданно сокрушительным ударом для Лазаря, который за годы брака полюбил её как мать своих сыновей, — стало ясно, что Антонов был не только дураком, недооценившим собственные таланты, но и дураком, который недооценивал армию красивых молодых ведьм в своем доме. Когда Антонов начал приводить дочь Машу в гости к Лазарю, тот понял, что, возможно, дружба с Антоновым может принести еще больше пользы. Маша была очень способной ведьмой, и в том, что Антонов считал маленькими фокусами на вечеринках, Лазарь видел признаки магического мастерства, способного соперничать с силой ее собственного отца. Лазарю пришло в голову, что, возможно, Машу учили не демонстрировать свою силу открыто, и догадался, кто был её наставником.
— Твоя дочь, — прошептал Лазарь старшей Марии Антоновой, пока её муж играл с Дмитрием. — Она знает больше, чем показывает. Интересно, где она этому научилась?
Темные глаза Марии впились в него.
— Она умная девочка, моя Маша.
— Угу, — протянул Лазарь, наблюдая, как щеки юной Маши вспыхнули румянцем, когда Дмитрий предложил ей книгу или безделушку. Дмитрий никогда не был эгоистичным, он всегда был смелым. Маша отвернулась, смущенная таким вниманием. — По моему опыту, — продолжил Лазарь, — самые ценные драгоценности обычно прячут. А её отец знает?
— Знает что? — отрезала Мария, стараясь говорить спокойным голосом.
— Что она такая же хорошая ведьма, как и ты, — тихо сказал Лазарь, и Мария напряглась. — И о том, что вы двое задумали.
Лазарь уже заметил, как в его узких кругах потихоньку распространялись зелья, и сразу понял, кто за этим стоял. Конечно, кто-то их создавал, но именно умелая рука делала их особенно востребованными.
Руки, — поправил он себя. Если Мария была замешана в этом деле, то Маша, несомненно, стояла рядом, вплотную следуя за матерью.
— Держись подальше от моего мужа, — предупредила Мария вместо ответа. — Я знаю, кто ты. И я знаю, что ты попытаешься его использовать.
— Попытаюсь? — усмехнулся Лазарь. — Ты так думаешь?