– Хорошо. – ответил Калебс, не отрывая взгляда от лица Микаэлы. Если действительно отключить эмоции и прислушаться к голосу разума, девушка перед ним действительно просто выполняла свою работу. Но сейчас его не волновали ни прошлые события, ни предстоящий суд. Единственное, что сейчас крутилось в его голове, он озвучил в следующую же секунду: – Потому что я тоже не хочу быть твоим чертовым другом.
После своих слов, Калебс прижался к девушке и накрыл ее губы своими. Уже почти отрезвевшая Микаэла сначала застыла в ступоре, но в следующее мгновение ее руки зарылись в густые волосы Ноа, углубляя их поцелуй. Не отрываясь друг от друга, они прошагали в сторону спальни Калебса, не отдавая отчета своим действиям. Руки Калебса блуждали по телу Микаэлы, пока ее ноги сомкнулись в кольцо вокруг его талии. Одним движением он уложил ее на кровать, и его вещи полетели в сторону, после чего он принялся за девушку.
– Ты все-таки заберешь у меня свою футболку, Калебс? – подразнивая прошептала Микаэла.
Но ответа не последовало, лишь многочисленные поцелуи, переходящие в нечто большее и серьезное, в нечто, что началось под действием алкоголя – у нее, и помутнением разума – у него. Но несмотря на малообещающее начало, эта ночь и все, из чего она состояла, точно не являлись последствиями алкоголя и помутнения разума, чем угодно, но не этим.
Глава 10
Разбудил Микаэлу с утра чересчур яркий свет, проникавший через окно. Голова раскалывалась на части, а тяжелые веки никак не желали раскрываться. Наконец, открыв глаза ей понадобилось несколько минут, чтобы комната перестала вращаться. И следующее, что почувствовала девушка – паника. Она находилась не у себя дома, и даже не дома у Оливии, с которой, как ей помнилось, она и была вчера в клубе. Взглянув под одеяло, она обнаружила себя абсолютно нагой. Вещи, которые благополучно были сняты с нее, валялись по всей комнате. Чтобы понять по этой картине, что произошло прошлой ночью не нужно было иметь много ума. Она провела ночь в чужом доме, в чужой спальне и с абсолютно чужим ей мужчиной. И в ту секунду ее терзали только два вопроса: как она могла опуститься до такого, и как ее лучшая подруга могла допустить это.
–… адвокат Андерсона не звонил уже целых шестнадцать часов, что с одной стороны отлично, а с другой – подозрительно. Особенно, если учитывать то, что изначально они были агрессивно настроены на нас. Я сразу убираю вероятность того, что они смирились с неизбежным, и склоняюсь ко второму варианту – они что-то задумали. – продолжал Стейн, сидя у Калебса и наблюдая, как его друг копошился на кухне. – Слушай, ты что там готовишь? Мне одного кофе было бы достаточно…
– Если выбор будет между яйцами с беконом, панкейками и тостами, чтобы ты выбрал?
– Кофе, дружище, хороший добрый черный кофе. Я не буду есть…
– Черт, Стейн, просто ответь на вопрос. Сложно что ли?
– Блин, ну не знаю… Яйца с беконом?
– Хорошо, значит панкейки с шоколадом. – довольно пробормотал Калебс.
Поднявшись с постели, Микаэла начала осматривать комнату, за одно подбирая свои вещи, но обнаружила их не совсем чистыми и свежими. Немного успокоившись, комната начала казаться ей знакомой, словно она была уже здесь. Заглянув в шкаф, она решила, что владелец не будет против, если она одолжит у него рубашку. И судя по размерам одежды, мужчина был явно большой, потому что рубашка села на Микаэлу, как платье. Схватив остальные вещи, она тихими шагами направилась к двери, когда до нее донесся знакомый голос.
– Стейн? Быть не может, что я переспала со Стейном… – тихо пробормотала она, ударив себя по голове пару раз. – И как я теперь выйду и посмотрю ему в глаза? Черт… – она остановилась у своего отражения в зеркале, и ее взгляд упал на огромный засос на всю шею. – Какого же… Господи…
Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, она собрала всю оставшуюся в ней храбрость и вышла из комнаты. Теперь квартира казалась еще более знакомой. Закрытая комната напротив, знакомый коридор, которые вел к до боли знакомой гостиной и кухне, в которой сидел Стейн, попивая кофе, и Калебс, что-то жаря на сковороде. Отрывки в ее памяти начали складываться в одно целое, бородатый мужик в клубе, который к ней клеился, нескончаемое количество выпитого алкоголя, прыжок во времени, и вот рядом с ней возвышался Калебс, потом его машина, на которой они поехали к нему и где ее собственно стошнило не один раз, и вся эта история закончилась тем, что они с Калебсом целуясь направились в спальню. Она провела ночь ни с незнакомцем, и ни со Стейном, она была с Ноа Калебсом, с человеком, которого она хотела выбросить из головы с помощью алкоголя. Проклиная себя, девушка начала копаться в сумке, пытаясь найти телефон, чтобы тихо заказать такси, но когда она его вытащила, тот выскользнул из ее дрожащих рук и громко приземлился на землю, привлекая внимание мужчин к ее персоне.
Услышав шум, Стейн тут же обернулся в сторону гостиной, где к его огромнейшему удивлению, стояла Микаэла в мужской рубашке и с пальто в руках.
