Завершена работа по созданию аппарата для требований науки и промышленности в быстрейшем осуществлении математических вычислений — компьютера. Адольф Найп знал, что у компьютера прекрасная память. Грамматика английского языка в известной степени подчиняется математическим законам. Он решил построить автоматический сочинитель. Благодаря гению Адольфа Найпа была создана машина, способная писать романы. Но этим дело не закончилось.
— Ну, Найп, мальчик мой, теперь, когда всё позади, я считаю своим долгом сообщить вам, что с работой вы справились отменно.
Адольф Найп истуканом стоял на ковре перед письменным столом мистера Болена. Похоже, никакого восторга он не испытывал.
— Разве вы не рады?
— О, да, мистер Болен…
— Читали, что пишут утренние газеты?
— Нет, сэр, не читал.
Сидевший за столом потянул к себе сложенную газету и стал читать вслух:
«Завершена сборка большой электронно-вычислительной машины, изготовленной по заказу правительства. На сегодняшний день это, очевидно, самая быстродействующая ЭВМ в мире. Назначение её — удовлетворять возрастающие потребности науки, промышленности и управленческого аппарата в быстрых математических подсчётах, которые в прошлом, при использовании традиционных методов, были бы физически невыполнимы или требовали бы неоправданно больших затрат времени.
„Скорость, с которой работает новая машина, — заявил Джон Болен, глава фирмы инженеров-электронщиков, которая была главным подрядчиком, — можно представить себе на таком примере: задачу, на решение которой у математика ушёл бы целый месяц, машина решает за пять секунд. За три минуты она может произвести расчёты, которые, будучи записанными на бумаге, заняли бы полмиллиона стандартных листов. Для проведения всех подсчётов, которые разбиваются на четыре основных арифметических действия — сложение, вычитание, умножение и деление, машина пользуется электрическими импульсами, вырабатываемыми со скоростью миллион в секунду. Сфера её практического применения необъятна…“»
Мистер Болен бросил взгляд на грустное вытянувшееся лицо своего подчинённого.
— Неужели вы не гордитесь этим, Найп? Неужели вы не довольны?
— Разумеется, доволен, мистер Болен.
— Думается, нет нужды напоминать вам, сколь велик был ваш личный вклад, особенно в первоначальные намётки. Собственно, можно сказать, что без вас и некоторых ваших идей этот проект, возможно, до сих пор был бы на чертёжных досках.
Адольф Найп неловко переступил с ноги на ногу и посмотрел на белые ручки шефа — пальцы нервно теребили газетную вырезку, расправляя её, разгибали, разглаживали оставшиеся от скрепок кривые линии. Адольфу не нравились руки этого человека, не нравилось и лицо с крошечным ротиком и тонкими синюшными губами. На него было неприятно смотреть, когда он разговаривал, шевелилась только нижняя губа.
— Что с Вами, Найп? Вы обеспокоены?
— Нет-нет, мистер Болен. Нет.
— Может, хотите на недельку в отпуск? Пойдёт вам на пользу. Вы его заслужили.
— Ах, даже и не знаю, сэр.
Старший из мужчин ждал, глядя на этого высокого худого парня, который так развязно стоял перед ним. Странный юноша, даже разогнуться не может, всё время сутулится, неряшлив, на пиджаке пятна, волосы свисают на лицо…
— Возьмите отпуск, Найп, он вам необходим.
— Хорошо, сэр, раз вы так хотите…
— Возьмите неделю, две, если надо. Поезжайте куда-нибудь в тёплые края, на солнышко. Поплавайте. Расслабьтесь. Отоспитесь. Потом возвращайтесь, и ещё раз поговорим о будущем.
Адольф Найп доехал автобусом до своей двухкомнатной квартиры, бросил на диван пальто, налил себе виски и сел за стол к пишущей машинке.
Мистер Болен был прав. Разумеется, прав. Только он не знал и половины истины. Он, вероятно, полагал, что тут не обошлось без женщины. Стоит молодому человеку захандрить, все почему-то думают, что это из-за женщины.
Он подался вперёд и стал читать вставленную в машинку незаконченную страницу. Она была озаглавлена «На волосок от смерти» и начиналась так: «Ночь была тёмная и бурная, ветер свистел в кронах деревьев, дождь лил как из ведра…»
