Мэллори уставилась на него. Что происходит с Артуром? Она всегда раньше могла помыкать им как угодно. Он переменился.
– Но это была моя идея! – запротестовала она, помахивая дневником. – Помнишь?
– Как это можно забыть? – произнёс Артур. – Твой хитроумнейший план.
– И? – протянула Мэллори.
– Ты правда хочешь этот дурацкий выкуп? – спросил Артур.
– Он должен быть моим! – возмутилась Мэллори.
– Несмотря на всё, что произошло?
Мэллори почувствовала, что Артур сникает. Она удвоила напор.
– Мы можем поделить его, – предложила она. – Фифти-фифти?
Артур покачал головой.
Мэллори совсем не хотела делиться. На сто долларов можно купить вдвое больше всего, чем на пятьдесят долларов, но и полтинник лучше, чем один жалкий доллар, который она получила за свой зуб.
Она мимолётно стала прикидывать, что могла бы купить на пятьдесят долларов. Она настолько погрузилась в свои мечтания, что не услышала, что сказал Артур.
– Что такое? – спросила она.
– Я ухожу, – повторил он, поднимая птичью клетку.
– Спорим, этот глупый попугай никогда больше не заговорит! – запальчиво воскликнула Мэллори.
– А знаешь, – ответил Артур, – если и так, мне всё равно. Он рассказал мне, что думает на самом деле.
– А хочешь знать, что я думаю на самом деле? – продолжала упорствовать Мэллори.
– Думаю, я и так знаю, что ты думаешь, – отмахнулся Артур.
– Так что ты там говорил? – насупилась Мэллори.
– Я спросил, остался ли у тебя тот доллар? – проговорил Артур.
– Да. А почему?
Артур поглядел на неё:
– Потому что, честно говоря, я совсем не хочу этот дурацкий выкуп. Я думал, что это была довольно подлая затея.
У Мэллори заколотилось сердце. Она едва верила своим ушам: неужели Артур скажет то, что она думает. А затем её сердце ухнуло куда-то, потому что он сказал это.
– Что, если, – предложил Артур, – ты отдашь мне доллар, а ты забирай мешочек.
Мэллори уставилась на него.
– Правда?
– Правда, – кивнул Артур.
И пока он не передумал, Мэллори поскорее сунула руку в карман и вытащила один доллар. Она сунула его ему.
– Держи!
– Спасибо, – ответил Артур и протянул ей маленький белый холщовый мешочек, а затем подхватил клетку. – Пока! – бросил он, выходя за дверь и закрывая её за собой.
Едва оказавшись во дворе за домом Мэллори, Артур припустил бегом, стараясь поменьше трясти Брюса. Но это было непросто, потому что сам он трясся от хохота.
А тем временем в дровяном сарае Мэллори всё никак не могла поверить, до чего же глуп Артур.
Она с благоговением отнесла мешочек на стол. Прежде чем высыпать содержимое, она расчистила место, сдвинув отцовские инструменты и опилки.
Затем, затаив дыхание, она ослабила узел на мешочке и перевернула его кверху дном.
Долларовых монет не было.
Затем что-то застучало, и на стол посыпались маленькие белые объекты.
Мэллори смотрела в ужасе.
Молочные зубы.
Мэллори не было нужды считать.
Она знала, что их будет ровно сто штук.
И в тот же миг раздался скрип открывающейся двери.
Она подняла голову.
Это был её отец. Довольным его никак нельзя было назвать.
– Мэллори, – требовательно спросил он, – ты не видела чёрный мешочек, в котором обычно лежит моя электробритва? Ты не прикарманила его для какого-нибудь своего нелепого плана, признавайся?
Мэллори собиралась было сказать что-нибудь сердитое и остроумное, но одного взгляда на папино лицо было достаточно, чтобы она поняла, что это не самая лучшая идея.
Она кивнула.
– Кажется, я видела его в поддоне Артуровой птичьей клетки, – сказала она.
