Чиновник к династии саудитов прямого отношения не имел, был сторонником введения конституционной монархии, да и заплатили ему хорошо.
Поскольку связь в посольстве действительно появилась, посол поверил чиновнику, и отослал в ГосДепартамент телеграмму успокоительного содержания, мол, все в порядке, немного пошумели иностранные рабочие. К тому же посол прошлой ночью праздновал рождество. Поэтому у него с утра сильно болела голова, и не было ни малейшего желания разбираться, кто, зачем и почему всю ночь шумел и мешал ему праздновать.
Сдавшиеся в плен остатки саудовской династии были переправлены в порт Джедда на побережье Красного моря. Они хотели ехать на восток, в Эль-Джубайль, но туда их не пустили — там было слишком близко до американского Дахрана.
В порту они попросили предоставить им судно и разрешить эмиграцию в один из эмиратов на побережье Персидского залива. В течение получаса подходящее судно нашлось. Это был старый пароход под панамским флагом. Команда — всего человек 10 — оказалась крайне неразговорчива. Офицеры КГБ вообще не болтливы, тем более — при исполнении…
Подгоняемые очень недружелюбно настроенными египтянами, остатки ещё вчера могучей и многочисленной династии погрузились на пароход и отчалили в закат.
Американцы в Дахране — в городе и на авиабазе — тоже весело праздновали рождество. На временную потерю связи ночью они особого внимания не обратили, а к утру связь работала, как обычно. Вот только контролировали всю связь в стране теперь офицеры спецназа ГРУ.
25 декабря Эр-Рияд как будто вымер. Улицы патрулировали египетские армейские части, переодетые в саудовскую форму. Народ, в большинстве своем неграмотный, ещё не знал, что произошло.
Первыми начали проявлять беспокойство улемы. Но неразвитая связь не позволила им организовать выступления религиозных фанатиков достаточно быстро. Тем не менее, к исходу дня 25 декабря начались первые случаи выступлений, инспирированных улемами и поддержанных наиболее темной и религиозной частью общества.
Медлить больше было нельзя. Рано утром 26 декабря, сразу после намаза Фаджр, совершаемого на рассвете, к народу обратился лидер рабочего движения Насыр ас-Сайд, доставленный самолетом из Египта. Время обращения было выбрано не случайно. В этот час иностранцы ещё спят. Те же, что бодрствуют в силу своего служебного положения — охрана посольства и военной базы — арабского языка не знают, и в столь ранний час задумываться о чем-либо явно не расположены.
Ас-Сайд в своем обращении был краток. Он заявил, что «революционный народ, возмущенный подлым убийством народного героя всех арабов Гамаль Абдель Насера, покарал организаторов убийства — прогнившую насквозь и продавшуюся Израилю династию саудитов в лице короля Сауда и его ближайших родственников».
Далее ас-Сайд пересказал байку про еврея Мордехая, ставшего основателем династии саудитов, чем немало потряс даже улемов. Среди них возник серьезный раскол. Часть улемов поверила в легенду и прокляла саудитов, как «отродье нечестивого Израиля». Другая часть объявила легенду «гнусной ложью и происками врагов священной саудовской династии».
Пока улемы в накале полемики с упоением дискутировали между собой, ас-Сайд заверил народ, что страна «и далее будет незыблемо стоять на страже традиционных исламских обычаев и священных законов шариата». Улемы облегченно перевели дух, после чего их полемический задор вспыхнул с новой силой.
Затем Насыр ас-Сайд заявил, что «власть временно находится в руках Исламской Конституционной Ассамблеи Саудовской Аравии, до того момента, пока народ страны своим прямым и свободным волеизъявлением не укажет, передать ли ее, власть, достойнейшему из вождей племён, вернуть ли ее кому-либо из младших принцев династии, не запятнавших себя организацией убийств, или оставить выборному народному органу».
Лучшего варианта для организации в стране хаоса трудно было придумать. Каждый из вождей многочисленных племён тут же объявил себя «достойнейшим» и «единственным легитимным кандидатом» на пост правителя. Уже на следующий день между вождями племён начались разборки со стрельбой. Дополнительную селекцию проводили снайперы спецназа ГРУ. Таким образом, за несколько оставшихся дней 1956 года количество племенной знати и возможных претендентов на трон Саудовской Аравии сильно сократилось.
Впрочем, из-за отсутствия линий связи, многие кочевые племена узнавали новости с большим опозданием, и в заварухе не участвовали.
Улемы пока ещё не разобрались, следует ли проклясть династию саудитов за «происхождение от сына израилева», или же восстановить ее, елико возможно, «в прежнем великолепии и мощи». Ни та ни другая из сторон уступать не хотела.
Практически все перестрелки происходили в пустыне, вне городов и далеко от принадлежащих иностранцам объектов. Поэтому о творящемся в стране хаосе мир узнал со значительным опозданием.
27 декабря послу Саудовской Аравии во Франции принцу Талялю ибн Абд аль-Азизу передали сообщение, что с ним желает переговорить посол Советского Союза во Франции Сергей Александрович Виноградов.
