— Это, Никита Сергеич, биоэлектронный анализатор воздуха. Реагирует моментально на наличие в воздухе большого спектра опасных для жизни веществ, — Лебединский был доволен, как слон. — Для гражданской обороны, для атомных объектов, химических производств. Устройство довольно простое, но это ж додуматься надо было! Кремниевая пластина с углублением. Углубление заполнено питательным раствором, и там находится живая клетка. Специально выбирали покрупнее, чтобы под обычным микроскопом было видно. По бокам 2 электрода. Если клетка гибнет — клеточная мембрана разрушается, между электродами возникает ток. Конечно, датчики надо периодически менять.
Потрясённые руководители СССР несколько секунд сидели молча, пытаясь осмыслить сказанное.
— То есть… этот ваш датчик… он что, живой? — спросил Косыгин.
— Скажем так, в его составе есть живой элемент. Вроде как раньше шахтёры брали в забой канарейку. Если сдохла — в забое рудничный газ, надо уходить, пока не взорвалось, — пояснил Лебединский. — Только от нашей канарейки можно сразу провода сигнализации вывести.
— Вот это да! До чего дошла наука… — Никита Сергеевич выразительно почесал лысину.
— Хочу вам, товарищи, ещё одну перспективную новую технологию показать, — сказала Ковригина. — Исследования пока не завершены, но результаты уже обнадёживающие.
Она показала гостям небольшую стеклянную баночку, закрытую крышкой. В ней был раствор красно-фиолетового цвета.
— Это что? — подозрительно спросил Косыгин.
— Это препарат клеток соединительной ткани человеческой кожи, выращенный искусственно, — пояснила Мария Дмитриевна.
— Искусственно? — изумлённо переспросил Хрущёв.
— У донора берётся образец кожи, из него выделяются клетки соединительной ткани, так называемые фибропласты, — рассказала Ковригина. — Дальше они помещаются в питательный раствор и ставятся в инкубатор с температурой 37 градусов Цельсия и 5 % содержанием углекислого газа. Примерно за две недели в растворе образуется клеточная культура, которая затем используется как препарат для трансплантации на случай тяжёлых ожогов и повреждений кожи на большой площади, а также для пластической и косметической хирургии. Обычно при ожогах кожу пересаживают, снимая её с бедра пациента, там меньше болевых рецепторов. В случае использования такого клеточного препарата операция не нужна, можно в течение нескольких дней вырастить на месте ожога новую кожу, не травмируя пациента. (Источник — http://www.ntv.ru/novosti/836084/)
— По такой же методике мы пытаемся выращивать так называемые стволовые клетки, — сказала Ковригина. — Это тоже очень перспективное направление. Недифференцированные, незрелые клетки, имеющиеся во всех многоклеточных организмах. Стволовые клетки способны самообновляться, образуя новые стволовые клетки, делиться посредством митоза и дифференцироваться в специализированные клетки, то есть превращаться в клетки различных органов и тканей.
— То есть, в случае болезни или повреждения какого-либо внутреннего органа, предположительно, можно будет удалить его поврежденную часть, а затем восполнить искусственно выращенными стволовыми клетками повреждённый участок, — пояснила Мария Дмитриевна. — Звучит гораздо проще, чем делается. Сейчас мы в этом вопросе находимся в самом начале долгого пути исследований.
— Обязательно продолжайте эту работу, — сказал Хрущёв. — Держите её под своим личным контролем. Работа чрезвычайно важная и необходимая. Буду вас во всём поддерживать.
— Спасибо, Никита Сергеевич, — ответила Ковригина. — Будем работать.
Лебединский пригласил гостей подойти к столу, на котором были выложены необычные блестящие металлические детали: кольца и полукольца со множеством отверстий, напоминающие детский конструктор, но более массивные, спицы с наконечниками различной формы, хитрые фиксаторы нескольких видов.
— А это что? — поинтересовался Сабуров.
— Это так называемый аппарат чрескостного остеосинтеза, — пояснил Лебединский. — Разработан в 1951 году Гавриилом Абрамовичем Илизаровым.
— Аппарат применяется для лечения сложных переломов, когда кости раздроблены, есть риск укорачивания конечности в результате неправильного срастания, — рассказывал Лебединский. — То есть, он надевается на сломанную конечность и фиксирует все обломки костей в правильном положении, не давая им двигаться. Мы его запустили в серийное производство и составили методические указания по его правильному применению. Как видите, устройство технически несложное, но польза от него огромная. Наша цель — обеспечить несколькими комплектами аппарата Илизарова каждую районную больницу и обучить врачей его правильному и эффективному применению.
По ходу рассказа Андрей Владимирович ловко собрал из лежащих на столе железок жутковатого вида конструкцию.
— Вот это правильно! Молодцы, товарищи, — похвалил Хрущёв. — Все достижения отечественной науки должны быть доступны каждому советскому человеку. По крайней мере — к этому стремиться надо.
