Также создали представительную комиссию во главе с Хрущёвым, из представителей науки, руководителей союзных республик, представителей Госплана и профильных отделов ЦК. Тем же решением комиссии было поручено «разработать мероприятия по развитию химической промышленности в целом, особенно производство пластических масс, искусственного волокна для тканей, искусственной кожи для обуви, синтетических смол и каучука, полупроводников и сырья для них. Свои предложения внести в ЦК КПСС.»
Под общим наименованием «пластические массы, полимеры, искусственные смолы и волокна» скрывался длинный перечень подлежащих освоению новых материалов, перечисленных в приложении к Постановлению.
Хрущёв использовал все свое влияние, чтобы помочь Засядько. Уже 28 октября было принято постановление ЦК и СМ «Об ускорении развития химической промышленности и ускоренного производства синтетических материалов и изделий из них для удовлетворения потребностей населения и нужд народного хозяйства». В нем отмечалось, что новейшие химические технологии позволяют получать изделия, превосходящие все то, что, используя натуральное сырье, мы имели ранее, и предписывалось к концу 1965 года увеличить по сравнению с 1957 годом производство синтетических волокон в 4,6 раза, синтетических масс в 8 раз, синтетического каучука в 3,4 раза, синтетического каракуля в 14 раз, обуви на микропорке в 40 раз и т. д. В тексте постановления четко оговорили необходимость сочетания производства искусственных и натуральных волокон.
(В реальной истории постановление приняли 7 мая 1958 г, цифры реальные)
Для концентрации усилий «на химическом направлении» было создано МНПО «Союзхимия», куда первоначально вошли Институт Химической Физики, Ленинградский НИИ-13 (позже ЦНИИ Материалов), НИИ Полимеров, Ленинградский НИИ полимеризованных пластиков, НИИ Синтетического Каучука, заводы № 752, п/я № 135 (позже НИИ «Ярсинтез» в Ярославле). Позже к этому научному ядру присоединялись и другие предприятия. Всего, до 1965 года, согласно принятого постановления, построили 257 новых предприятий.
Относительно развития производства натурального волокна, Серов обратил внимание Хрущёва на ошибку в «той истории», когда СССР пошёл на поводу у США, конкретно — у Дюпона, предложившего в 1961 г. в ООН запретить выращивание конопли — ценного источника натурального волокна, под предлогом её наркотического действия, поддержал предложенный запрет. До 1961 г. коноплеводство в СССР процветало, целые колхозы специализировались на конопле. Из неё делали грубое волокно для мешковины, а также высококачественную бумагу. Конопляное масло также использовалось в лекарственной и пищевой промышленности.
Разобравшись в вопросе, Никита Сергеевич твёрдо решил в этот раз не идти на поводу у США, тем более, что в СССР на тот момент проблемы массовой наркомании не существовало в принципе.
Серов, узнав о решении Хрущёва, полностью его одобрил:
— Правильное решение, Никита Сергеич. С чего это мы должны в угоду какому-то там Дюпону собственные леса на бумагу переводить? А если будут выпендриваться, я им пару сухогрузов отборной конопли отправлю, потом можно будет сразу десант высаживать и вражеские танки с деревьев снимать, они на деревьях в засаде сидеть будут.
— Ты, это, Иван Александрович… вообще поосторожнее там… с коноплёй, — посоветовал Хрущёв.
На том и порешили.
Академика Семёнова Никита Сергеевич тоже не забыл. Уже на 21 съезде КПСС с его подачи Николай Николаевич Семёнов стал кандидатом в члены ЦК КПСС. (В реальной истории — на 22 съезде) В составе ЦК Семёнов работал постоянно и активно. Ему даже приписывали поправку к известному Ленинскому лозунгу: «Коммунизм — это советская власть плюс электрификация всей страны». Николай Николаевич его осовременил, теперь он звучал: «Электрификация и химизация».
Общение с Семёновым, другими химиками — учеными и производственниками, Хрущёву очень пригодилось. Он теперь разбирался в химических делах почти профессионально, не хуже, чем в сельском хозяйстве и строительстве, держал в голове множество фактов и цифр, не говоря уже о терминологии. Это ему очень помогало в спорах с министрами и «апологетами металлургии» из Госплана.
Новый курс на химизацию народного хозяйства пришелся по вкусу не всем. Металлурги были обеспокоены намечающимся снижением капитальных вложений в отрасль, которая ранее считалась одной из определяющих. Их беспокойство зрело в течение 1957 года, пока, наконец, к Хрущёву не явился для решительного разговора заместитель председателя Совета министров СССР Иван Фёдорович Тевосян.
Характер у Тевосяна был сложный, он часто говорил прямо, всё, что думал. В «той» истории Никита Сергеевич ещё в декабре 1956 года снял строптивого «сталинского наркома» с должности и отправил послом в Японию. Сейчас же Хрущёв старался не принимать поспешных решений, поэтому Тевосяна терпел, понимая, что человек со столь ценным опытом ему ещё пригодится.
Разговор оказался непростым. Иван Фёдорович с ходу кинулся защищать любимое дело:
