— Да это-то понятно, Александр Григорьич, — с досадой ответил Королёв. — Но всё равно обидно. Столько трудов — и всё равно псу под хвост!
Снова спустились в бункер, в пультовую, куда поступали все доклады телеметристов. Плёнки с записью сигналов телеметрии ещё предстояло проявить и расшифровать, но уже сейчас было ясно, что один из боковых блоков ракеты отделился раньше времени. А вот почему он отделился раньше — как раз и предстояло понять.
В результате расследования и изучения телеметрии пришли к выводу, что причиной стала неправильная настройка редуктора перекиси водорода в одном из боковых блоков. Чисто человеческая ошибка. Из-за этого блок израсходовал топливо на 3 секунды раньше остальных боковых «морковок», после чего автоматически отделился.
(Реальная причина аварии РН Р-7 24 декабря 1958 года)
При несимметричном разделении ракету слишком энергично закрутило, один из ещё не отделившихся блоков оторвался, пробив бак горючего второй ступени. В результате взрыва носитель был полностью разрушен.
Королёв был зол и разочарован. Столько трудов было положено на выяснение по «документам 2012» всех возможных причин неудачи в первых пусках. И всё оказалось напрасно.
Ну, не всё. Большинство возможных конструктивных причин было устранено. Пока ещё не устранили причину возможного возникновения высокочастотных колебаний в двигателях боковых блоков. Сама по себе причина была ясна — пульсации давления подачи окислителя на входе в насос, из-за которых возникали пульсации давления в камере сгорания. Их частота неудачно совпадала с собственной частотой колебаний конструкции ракеты-носителя, что закономерно привело бы к резонансному разрушению конструкции.
Для устранения этого, пусть пока и не проявившегося дефекта ещё предстояло спроектировать и изготовить специальные гидравлические демпферы в магистралях окислителя на входе в насосы.
Но тут причина аварии была не в конструктивном недостатке, а в элементарной невнимательности при настройке. Ракета была очень сложным техническим объектом, с множеством настраиваемых агрегатов. К тому же, конструкция новая, необлётанная и до конца не отлаженная.
Прогон двигателей всех ступеней на стендах позволил выявить многие технические дефекты, но выловить при стендовых прогонах вообще всё оказалось невозможно.
Примерно так Королёв и докладывал Хрущёву на следующий день, уже ознакомившись с плёнками телеметрии.
Вопреки его ожиданию, Никита Сергеевич известие о взрыве ракеты воспринял спокойно:
— М-да… Ну что ж… Не первая, и не последняя. Жаль, конечно, изделие сложное и дорогое. Но, хотя бы старт цел, никто не погиб, и научно-технические результаты хоть какие-то получены. Первая ступень ведь отработала почти до конца?
— Да, Никита Сергеич, буквально трёх секунд не хватило до разделения.
— Будем надеяться, что вторая попытка пройдёт удачнее. Когда, кстати, планируете следующий запуск?
— Надо ещё раз всё перепроверить, Никита Сергеич. Думаю, что недели через две.
(В реальной истории второй запуск, также неудачный, состоялся в ночь с 10 на 11 июня. Ракета осталась цела, но не улетела — один из клапанов был установлен «задом наперёд» и не открылся.)
— Хорошо, — одобрил Хрущёв. — Клапаны проверьте.
— Ох… Они мне уже по ночам снятся… Обязательно проверим, Никита Сергеич, — ответил Королёв.
Заключенный в октябре-ноябре 1956 года мирный договор с Японией привёл к некоторому улучшению двухсторонних отношений Японии и СССР. Не то что бы две столь разные страны вдруг упали друг другу в объятия, но некоторые проекты сотрудничества понемногу начали развиваться. Иногда они обретали весьма необычные формы.
Из «электронной энциклопедии» аналитики капитана Селина узнали о том, что 27 июня 1957 года вблизи поселков Муя и Усть-Муя в «той истории» произошел подземный толчок силой в 10–11 баллов. Об этом было немедленно доложено Хрущёву. (http://ez.chita.ru/encycl/person/?id=2867)
Никита Сергеевич прежде всего связался с Жуковым, дал команду штабу Гражданской Обороны подготовить план мероприятий по защите населения. Затем он, немного подумав, позвонил Келдышу и спросил:
— Мстислав Всеволодович, а вы что-нибудь знаете о предсказании землетрясений?
— Пожалуй, только то, что они непредсказуемы, — пошутил Келдыш.
— А если у нас есть сведения, что где-то, в известное нам время, произойдёт мощное землетрясение, это не поможет учёным научиться их предсказывать?
Келдыш мигом сообразил, что речь идёт об информации из будущего.
— Думаю, Никита Сергеич, что такие сведения геологи и сейсмологи с руками оторвут.
— А в международных отношениях нам это не может помочь? — спросил Хрущёв. — Ведь есть же страны, очень страдающие от землетрясений? Мне вот про Индонезию говорили…
— И Индонезия, и Япония, кстати, — ответил Келдыш. — Они действительно на вулканах живут. В Италии Везувий стоит практически возле Неаполя.
— А давайте мы попробуем эту информацию применить с пользой для СССР? — предложил Хрущёв. — Что-нибудь вроде совместной научной экспедиции устроим?
