Он упал на землю. Пистолет остался у него в руках, но он не пытался направить его на Эми. Вместо этого он яростно провел рукой по своему лицу, пытаясь стереть остатки яда.
Затем, присев на колени, он наклонился вперед и засунул пальцы в горло. Глубоко. Рвота была его единственной надеждой.
Главный посыльный подбежал к Эми сзади и обхватил ее шею. Он кричал ей в ухо, пока душил ее. Она не слышала, что он говорил. Возможно, он кричал в коридоре о помощи. Эми было все равно. Она впала в транс. Где-то в глубине сознания она, вероятно, поняла, что кислород на исходе.
Она очистила горсть глазури со своего платья, потянулась за головой и размазала ее по всему лицу главного посыльного.
Он тут же отпустил ее.
Когда кислород вернулся к ней, она посмотрела на него. Он согнулся в талии, затаив дыхание, и вытирал лицо.
К этому времени другой посыльный уже не пытался вызвать у себя рвоту. У него не было сил. Он скрючился на руках и коленях, дрожа, когда пенистая желчь начала вытекать из его открытого рта. Его глаза больше не могли смотреть на Эми.
Эми потянулась вниз и подняла брошенный им пистолет.
Главный посыльный, казалось, осознал ситуацию.
- Но... но... ты свободна, - тихо выдохнул он, делая очевидную попытку не проглотить глазурь, покрывавшую его рот.
- Я просто хочу повеселиться, - сказала Эми.
Она не хотела шуметь. Она не хотела, чтобы выстрел эхом разнесся по коридору. Поэтому она замахнулась пистолетом на голову мужчины. Мужчина успел поднять руки, чтобы блокировать удар, но пистолет попал ему в пальцы, возможно, сломав при этом один или два. Эми замахнулась снова, и снова. Каждый удар сокрушал все больше и больше его рук. Каждый удар заставлял его падать еще ниже. Сначала на колени. Потом на пол.
Это было похоже на то, как если бы она рубила дерево топором. Удар за ударом, удар за ударом. Пробивая защиту мужчины. Быстрые, решительные удары.
Он пытался позвать на помощь, но нежелание вдыхать глазурь сделало его голос хриплым и слабым.
Через несколько секунд пистолет уперся ему в висок, и Эми почувствовала приятный треск. Конечности мужчины подкосились, и его тело сползло на пол. Для верности она замахнулась еще раз и была вознаграждена струей крови, вырвавшейся из головы мужчины и брызнувшей на полированный бетон.
Он никак не отреагировал на удар. Он неподвижно лежал на полу, изо рта текла белая пена, так как цианид захватил его органы.
Эми опустилась на колени. Она схватила левое запястье мужчины, то, на котором был браслет, и потянула его от тела. Со всей силы она ударила пистолетом по левой руке мужчины, как молотком, разбивая кости. Она несколько раз ударила по руке, услышав удовлетворительный треск ломающихся суставов.
Она крепко сжала остатки его руки и легко сняла браслет с запястья.
Затем она встала и прошла мимо помощника, который теперь бился в конвульсиях на полу, взглянув на него лишь настолько, чтобы определить, что он не представляет для нее угрозы. Она оставила его там. Он скоро умрет.
Эми пошла обратно по коридору.
Назад в комнату управления.
Она провела браслетом персонала по клавиатуре и увидела зеленый свет.
Эми распахнула дверь и вошла в небольшое помещение.
Планировщица мероприятий стояла позади своих операторов управления. Никто из них не выглядел испуганным или обеспокоенным тем, что их дверь открылась. Планировщица мероприятий лениво повернула голову, чтобы посмотреть, кто к ним присоединился.
Эми размахнулась и ударила ее пистолетом в лицо.
Из носа организатора мероприятий хлынула кровь. Она слабо вскрикнула и упала на пол. Она покачнулась на мгновение, кровь стекала из ее разбитого носа, а затем она обмякла и рухнула на пол.
Операторы повернулись на своих местах, чтобы посмотреть. Их глаза едва успели выразить шок или замешательство, прежде чем Эми приставила ствол пистолета к виску одного из операторов и...
...выстрелила ему в голову. Она повернулась и в упор...
...выстрелила в другого. Прямо в глаз.
Оба мужчины упали на свои места.
Эми захлопнула за собой дверь. Она сбросила одного из операторов с кресла.
Затем Эми заняла место за пультом управления.
Марико не двигалась.
Все, чего она хотела, это чтобы статус-кво продолжался.
Полузащитник Брэд все еще держал ее за горло, но его хватка заметно ослабла. Она легко дышала и чувствовала, что может вырвать его руку, если захочет.
Некоторое время назад он опустил топор, но не для убийственного удара. Продержав его так долго над головой Марико, он наконец опустил его и положил рядом с собой. Его глаза были закрыты, и последние несколько минут он стоял над Марико, качая головой и стараясь не заплакать.
Он был похож на маленького мальчика, которому отец приказал усыпить семейную собаку. Какая-то его часть, казалось, знала, что он должен убить Марико. Что он должен это сделать. В этом был смысл. Но он не мог заставить себя довести дело до конца.
И теперь они с Марико были заперты в ничейной земле. Он не осмелился выпустить свой билет на свободу. И он не смел обналичить его.