Я собрался встать, но в этот миг ощутил, что в комнате не один. То есть я и был не один — в своей кровати мирно посапывал Сашка. Но сейчас я ощутил взгляд, а когда повернул голову, увидел, что в кресле у окна сидит чуть светящийся силуэт.
— Привет, Матвей, — сказал знакомый голос.
Причем он шел не от силуэта, а… из моего телефона! Вздрогнув, я покрутил головой и поднялся, чтобы рассмотреть пришельца. Узнал-то я его сразу, но поверить глазам не мог. И ушам тоже, потому что это был голос сущности, которой вообще не могло быть в этой комнате!
— Рад нашей новой встрече, — сказал Шелдон Максимус, спокойно улыбаясь.
Я еще застал те времена, когда тетя Полина по привычке по пятницам смотрела «Поле чудес». Я тогда был совсем маленьким, но образ усатого телеведущего запомнился. Так вот, явление в моей спальни посреди ночи Шелдона Максимуса можно сравнить с появлением на нашей кухне Якубовича.
Причем второе намного реальнее, потому что Шелдон — всего лишь программа. Искусственный интеллект, пусть даже продвинутый, но с вполне определенным алгоритмом поведения, как у ведущего интеллектуального шоу. И все! Не более того! И «проявить» его можно только с помощью голопроектора — встроенного в смартфон, коммуникатор или телевизор. Так что или это какой-то розыгрыш, или…
Шелдон Максимус склонил голову, собираясь что-то сказать, и я с крошечной задержкой услышал из телефона:
— Можешь оставаться в кровати, Матвей. Или Найт? Как ты предпочитаешь, чтобы я тебя называл?
— Лучше по имени… — растерянно ответил я, стараясь говорить шепотом, чтобы не разбудить посапывающего Сашку. — Но как…
— Как я попал сюда? Как я узнал о твоем никнейме в Мете? Или как я тебя слышу и вижу?
Я взял себя в руки. В принципе, примерно понятно, как это возможно технически, но хочется послушать его ответ.
— Если можно, ответь на все эти вопросы.
— Конечно, Матвей. Как я сюда попал?.. Дай подумать… — Шелдон поглядел в потолок, будто ответ был где-то там, а потом сделал вид, что его озарило: — Ага! Я и не попадал. Формально меня здесь нет. Я — сущность, которую вы, люди, называете искусственным интеллектом, а мой базовый кристалл находится там.
Он показал пальцем вверх.
— В атмосфере? На орбите?
— Выше атмосферы, Матвей. В космосе. Здесь лишь мой спроецированный образ. Ты слышишь меня через динамик телефона, но с тем же успехом я мог бы воспользоваться системой оповещения вашего дома, телевизором, ноутбуком — в общем, любым подключенным к сети устройством. С некоторого времени ты и сам подключен к своего рода сети…
— Ты о Мете? Откуда ты о ней знаешь?
— Я знаю многое. «Брейншторм» — часть глобального проекта по поиску и рекрутингу тех, кто умеет думать. Я мог бы прочитать тебе лекцию о том, как исчезают рабочие места, как обесценивается система образования, но ты это знаешь и без меня. Но вот то, что наиболее ценным ресурсом планеты становятся умные думающие люди, — об этом стараются не говорить. Как бы банально это ни звучало, но овцам лучше не знать, что в стаде главный совсем не баран. И даже не овчарка.
— А кто же ты в этой иерархии?
— Селекционер. «Брейншторм» создан именно для этого. В него играют даже в детских садах, и все игровые сессии записываются. По каждому участнику ведется личное досье. Версии, логика, верные ответы — все анализируется.
— Кем?
— Мной. Списки лучших регулярно передаются туда, где эта программа была инициирована.
— И потому ты здесь, Шелдон? Я прошел отбор?
— Я здесь не поэтому. Признаться, я уже почти было внес тебя в список, чтобы передать его в службу…
— Какой страны?
— Никакой определенной. Государственные границы, страны и правительства — сиюминутные условности. Силы, которые я представляю, видели, как стираются с карты одни страны и появляются другие. А иногда — инициировали эти процессы. Они даже не пастухи, Матвей. Они — владельцы фермы.
— Ну-ну, — не сдержался я.
— Твой сарказм — не более чем защитная реакция. Его можно понять, но я все же надеюсь, что ты умнее. Потому-то я и откровенен с тобой.
Я медленно покачал головой, соображая, как вести себя с этим собеседником, и сказал:
— О’кей, Шелдон. В чем же великая миссия владельцев фермы?
— Они действуют в интересах человеческого вида. Но вернемся к теме. Итак, я почти внес тебя в список, но кое-что вызвало у меня… — Он совсем как живой расправил усы. — Скажем так, подозрения. Проанализировав твои паттерны поведения во время финала, я обратил внимание, что ты используешь Мету. К сожалению, есть определенные ограничения, наложенные на мои возможности…
Психолог из Шелдона вышел бы прекрасный. Или следователь. Он мягко улыбнулся, и эта очередная умышленная пауза точно была направлена на то, чтобы я себя выдал.
— Какие ограничения? — не подав виду, что понимаю его маневры, спросил я.
— Что тобой движет, Матвей? — вдруг сменил тему ИскИн. — Помимо базовых инстинктов, что заставляет тебя просыпаться каждое утро, вставать с кровати и что-то делать?
