Парня отнесло назад, прямо на двух стоящих спецназовцев, а третий, который наконец отвлёкся от своих важных дел (он наливал кофе, подставив стаканчик под ниппель кофе-автомата), оглянувшись, тут же получил зуботычину. Отшатнувшись, он вылил на ногу горячий напиток, вскрикнул, обалдевший от неожиданности. Но это всё же были не тюремные надзиратели, не полицейские сторожа и не простые солдаты, а подготовленные опера контрнадзора, поэтому с шоком они справились быстро, хотя допустили ещё одну ошибку: браться за оружие – у стены в рядок стояли ППК стволами вверх – не стали, начиная драку и видя перед собой всего лишь женщину. Но в этот момент за спиной разведчицы сгустилась пятнистая тень, и дело приняло другой оборот.
Итан отправил в нокаут любителя кофе, сломал руку дюжему здоровяку с петушиным гребнем волос на голове и ударом в колено вывел из строя третьего надзорика, обладавшего широченными плечами регбиста. Добавил удар в ухо, чтобы не орал от боли.
Снежана в этот момент справилась с поручиком, не сумевшим прийти в себя после её нападения.
Схватка, длившаяся около пятнадцати секунд, закончилась, но, как оказалось, драма с освобождением пленницы только началась. Старуха послала в засаду не одно подразделение, укомплектованное профессионалами контрнадзора, но и группу федералов известной всему миру «Альфы», не изменившей название и в сорок первом реале. Стрельба, начатая десантниками Тараса, разрослась в настоящую войну, шум усилился, и внутри здания послышался нарастающий треск автоматных очередей. Затем прилетел гулкий грохот такой силы, что стены коридора, где произошла схватка освободителей с охраной МРТ-комплекса, заходили ходуном.
«Звучар!» – определил Итан. Тарас взялся за мощные звуковые гранаты!
В следующее мгновение с визгом разлетелась стеклянная перегородка в начале коридора, и в него ворвалась целая орава спецназа, экипированная как для нападения на штаб ВСУ. На них (Итан насчитал девять киборгов) были современные спецкостюмы «хамелеон» со всеми прибамбасами, а вооружение – автоматы «чёрный баланс» с автоматической наводкой на важнейшие органы тел противника (рассчитывал траекторию пули искусственный интеллект автомата), а не пистолеты-пулемёты. Мало того, на шлемах каждого сидели НБК – опухолевидные модули нанодронов размером с голубиное яйцо, прозванные в среде штурмовиков «небожьими коровками».
Коридор был шириной всего в два с половиной метра, поэтому бежали парни по два человека в ряд, и не все выпустили НБК, а только первая двойка. Это дало шанс Итану показать свои возможности, и он, поднимая обеими руками стволы: левой – пистолета, правой – «шептуна», – крикнул Снежане:
– Лави!
Спутница поняла, исчезая за дверью МРТ-аппаратной.
В тот же миг раздались выстрелы!
Очередь «шептуна» разнесла первый мини-дрон, пуля пистолета сразила второй. При этом она изменила направление и звонко щёлкнула по забралу шлема стрелявшего, заставив его остановиться.
Вырвавшийся вперёд сосед стрелка дал короткую – в три патрона – очередь из автомата. Но Итан уже нырнул на пол, заслоняясь приподнявшимся на колени охранником в сером комби, и все три пули, изменив траекторию полёта, вонзились ему в спину. С криком парень упал.
Рассвирепев, Итан дал длинную очередь по ногам подбегающих спецназовцев, и те с воплями попадали на пол. Стрелял он почти в упор, и даже бронежилеты «хамелеонов» вряд ли выдержали бы удары пуль автомата, однако хватило им и пробитых щитков и раненых ног. Это дало чисадмину несколько долей секунды, чтобы он воспользовался паузой, метнувшись вслед за Снежаной в кабинет МРТ. При этом он метнул за собой «звучар», закрывая дверь, – в коридоре раздался гулкий грохот звукового солитона и новые крики оглушённых оперативников.
В кабинете перед глазами Итана предстала «картина маслом».
На полу валялись в разных позах два тела: одно – в белом халате, второе – в серой униформе, а у ложа МРТ-диагноста с кольцом излучателей и датчиков, на котором лежала Лавиния, прикрытая синей простынёй, возилась Снежана.
– Помоги! – бросила она, не оглядываясь.
Итан метнулся к ней, задвинув автомат за спину.
Вдвоём они освободили девушку от кучи датчиков и наклеек, попытались привести в чувство, не смогли, поискали одежду, не нашли, и Снежана проговорила скороговоркой:
– Уходи! Я их задержу!
– Уйдём вместе! – возразил он, обёртывая совершенно голое тело Лавинии в простыню и поднимая на руки.
– Но там Тарас…
– Сообразит, я вернусь и свяжусь с ним.
– Я сама свяжусь…
– Уходим, чёрт побери! – не сдержался чисадмин. – Обними!
Глаза Снежаны стали шире, в них вспыхнуло изумление, сменилось упрёком, досадой, угрозой, озадаченностью, и она как зачарованная шагнула к нему.
– Прижмись сзади!
Разведчица повиновалась.
Итан увидел мигающий над дверью кабинета глазок видеокамеры, высвободил одну руку и показал камере средний палец.
– Жди, тварь!
Снежана шевельнулась, не понимая, к кому относятся слова чисадмина. Но объяснять он ничего не стал.
Через секунду они исчезли…
