Выехали мы утром, сразу после воскресной молитвы о «в путь шествующих».
А проблема у меня была следующая. Не решит ли мой муж, что нам пора консумировать брак? Теоретически, по местным меркам, уже можно. А практически – явно не стоит.
Первые дни в дороге мы с леди Россой обсудили разные домашние дела. Леди была спокойна, очень аккуратна в делах и рассудительна. Обговорили, сколько еще учениц брать в цех шибори. Кроме воротников делали манжеты и отделку на камзолы, наколки для волос и сумочки нескольких фасонов. Если весной начнутся свадьбы и беременности, к осени нужно будет сменить состав швей.
Я везла с собой крупную сумму наличкой. Постараюсь потратить ее на сутаж и украшения-лом. Это действительно выходит намного дешевле. Леди Тара не зря завела знакомства с ростовщиками в Грижске. Думаю, в столице я тоже пройдусь по ростовщикам.
Кроме всего прочего, я везла несколько флаконов мужского парфюма. Довольно удачные композиции с большой дозой спирта. Хранится дольше будут. Все флаконы я заказала из темного стекла. Это тоже удлиняет срок хранения.
Среди груза я везла в отдельном сундуке небольшую переносную лабораторию.
Котел, горшочки, кувшины, два больших пакета краски, бутыль спирта и прочие важные вещи.
Все места наших ночлегов капитан Кирк распланировал заранее. У капрала Фара хранится список мест, в различных вариантах. Это и замки по пути следования, и трактиры, и постоялые дворы.
Еще до отъезда я настояла на небольшой переделке в повозках. Благо графиня-мать свою повозку забирать не стала. Теперь ее катают в каретах с герцогскими гербами. Думаю, она вполне довольна. Так что кроме печки и стола теперь в каждой повозке по два спальных места. Я не стану ночевать в трактирах. Солдатам там найдут место, а я и в домике с леди Росс переночую. Несколько раз за дорогу я даже смогла обмыться.
А всех вояк нужно будет после путешествия загнать в баню и проверить вещи на наличие клопов. Они ночевали на сеновалах и в трактирах. Хоть бы вшей не подцепили!
Все же хорошо, что леди Росса такой спокойный человек. Молчание рядом с ней не напрягало. Мы обе в дороге вязали. Леди – обычные шерстяные чулки, а я замахнулась на тонкие шерстяные колготки. Выбрала простой узор и самую тонкую нить. Вязала сверху книзу. Когда протрется шерсть на ступне, можно будет распустить и связать новый носок.
Ехали мы не той дорогой, которой меня везли в замок. Капитан Кирк решил, что безопаснее путешествовать прямо вдоль границы. Там чаще патрули. И хотя охраны немало, но береженого Бог бережет. Эта дорога была чуть длиннее.
Один из ночлегов в конце первой недели предполагалось провести в замке баронессы Ровены Фуст, сестры Марка.
– Леди Росса, скажите, а как долго вы были фрейлиной графини-матери?
– Почти двенадцать лет, ваше сиятельство.
– Ого! Вы очень терпеливый человек, леди Росса.
Леди промолчала, явно не желая обсуждать графиню.
– Вы помните свадьбу леди Ровены? Не могли бы вы рассказать мне об этом?
– Прошу простить меня, ваше сиятельство, но не думаю, что это будет правильно. В то время я работала фрейлиной графини и не могу выдавать чужие тайны. Прошу, не гневайтесь на меня…
Надо же, молодец какая! Возражает действующему работодателю. Да еще и хорошо платящему. Да ей цены нет! Мало ли что, зато я буду знать, что и меня она не сдаст. Но узнать причины столь странного брака мне все же нужно.
– Я не сержусь, леди Росса. В чем-то вы, безусловно, правы. Но теперь и я часть этой семьи.
Больше я не стала уговаривать и давить. Такая порядочность – редкость. Думаю, мне стоит это ценить.
Во время последнего ночлега перед замком баронессы я выбрала время и обратилась к леди Шайд.
– Леди Шайд, вы не могли бы мне рассказать, в чем причина такого странного брака леди Ровены?
Дама не была столь щепетильна. Тем более что я сразу же напомнила, что я теперь член семьи и имею право знать, почему не рады друг друга видеть мать и дочь.
– Приданое, ваше сиятельство… Барон богат, и даже очень. На его земле расположен серебряный рудник. Конечно, по крови он леди Ровене не ровня, род-то не древний. Они и баронами стали всего три поколения назад. Но ведь он согласился взять ее без приданого, да и лирд выплатил тысячу салем. Ну, и, между нами говоря, еще и графине тысячу перед свадьбой в руки выдал… Это при мне было, как же такое не запомнить?!
– Подождите, леди Шайд… Но ведь отец-то леди Ровены еще жив был?
– Да, ваше сиятельство, жив. Только граф, когда на войну уходил, графиню оставил хозяйкой. И бумаги подписал на нее. Так что она в своем праве была. Налог-то в тот год еле собрали, и то не полностью, много сел пожгли в графстве, мужчины, чуть не каждый третий, воевать ушли. А графиня не привыкла пояс затягивать… Ну, это вы и сами знаете, ваше сиятельство. А леди Ровену вывозили на первый бал в герцогство. Там ее барон и заприметил. Красотой-то она в мать пошла, вы же сами видели. А тогда ей шестнадцать как раз исполнилось. От нее глаз не отвести было… Тогда, в конце войны, уже сражения-то на чужой земле проходили. Ну, герцог и решил для подъема настроения бал дать.
