Атмосфера разительно изменилась — ещё полчаса назад мы были готовы уничтожить друг друга, а теперь организовывали совместное чаепитие. Впрочем, я чувствовал, что эта мирная передышка — лишь короткий антракт перед гораздо более серьёзными событиями.
Пока команда занималась приготовлениями, мы с Виктором отошли на достаточное расстояние, чтобы нас не могли подслушать, но оставались в пределах видимости группы.
Пока мы отходили, я заметил, как Алексей небрежно направил палец на собранный хворост. С кончика пальца сорвалась крошечная огненная капля, и сухие ветки мгновенно занялись ровным пламенем. «Неплохое применение боевой способности в быту,» — отметил я про себя.
Виктор остановился на небольшой прогалине — достаточно далеко для приватного разговора, но в пределах видимости группы. По его позе я видел, что он ждёт моих вопросов, готовый к серьёзному разговору.
— Виктор, — начал я, тщательно подбирая слова. — Какая степень доверия к твоей группе? Можем ли мы обсуждать все детали операции… — я сделал паузу, — или операций, если их будет несколько?
— Точно не одна, — он мгновенно среагировал на последние слова. — С наскока такое дело не решить. У меня уже есть некоторые наработки, предварительные планы.
Эмпатия улавливала, как тщательно он формулирует каждую фразу.
— И сразу отвечу про доверие — оно абсолютное, стопроцентное. Всё, что они услышат или узнают, останется только между нами. Это аксиома.
Он слегка усмехнулся:
— Хотя ты и сам понимаешь — в нашем мире нельзя доверять никому полностью. У стен есть уши, как говорится…
Я кивнул, полностью разделяя эту паранойю — она не раз спасала жизнь.
— На самом деле я хотел спросить о твоей способности, — перешёл я к главному. — Точнее, мне нужно детальное описание того, как ты поддерживаешь постоянный мониторинг опасности.
Его взгляд стал более внимательным, эмоциональный фон отразил искренний интерес.
— Дело в том, — продолжил я, — что у меня есть похожая, но несколько иная способность. Пока не могу понять, как адаптировать её для боевых условий.
— О какой способности речь? — в его голосе появились новые нотки.
— Взгляд в будущее.
Виктор хмыкнул, и эмпатия уловила целую гамму эмоций — удивление, уважение и что-то похожее на благоговейный трепет.
— Второй раз за всё время в Системе встречаю эту способность, — пробормотал он.
Его эмоциональный фон говорил о том, что эта информация имеет для него особое значение. Я чувствовал, как в его голове уже начинают формироваться какие-то новые планы, основанные на этом открытии.
Группа у костра, казалось, была полностью поглощена приготовлением чая, но я замечал, как они периодически бросают внимательные взгляды в нашу сторону. Профессионалы оставались профессионалами — даже занимаясь мирными делами, они не теряли контроля над ситуацией.
— Слушай внимательно, — Виктор перешёл на почти учительский тон. — В этой способности скрыт огромный потенциал для боевого применения.
Его эмоциональный фон излучал смесь профессионального азарта и желания поделиться важными знаниями.
— Всё сводится к практике разделения восприятия. Представь, что твоё сознание работает в двух параллельных потоках. Первый — обычное восприятие реальности, то, что происходит здесь и сейчас. Второй — просмотр ближайшего будущего.
Он сделал паузу, подбирая пример:
— Вот смотри. Когда ты фехтуешь, ты одновременно следишь за клинком противника, за его позой, за его глазами — ищешь намёки на следующее движение. Представь, что вместо поиска намёков ты просто видишь это движение за секунду до того, как оно произойдёт.
Эмпатия улавливала, как тщательно он подбирает слова, стремясь донести важные нюансы:
— Система фиксирует успешные практики. Если ты найдёшь правильный подход к тренировкам, она закрепит этот навык как отдельную способность. Это как… как научиться читать, не проговаривая слова вслух. Сначала кажется невозможным, потом становится естественным.
— В реальном бою это даст колоссальное преимущество, — продолжал он. — Ты сможешь видеть, куда противник направит следующую атаку, какое заклинание начнёт формировать, куда попытается отступить. Это как играть в шахматы, зная следующий ход противника.
Его глаза загорелись:
— Но есть два ключевых момента. Первый — нужна особая медитативная практика. Я встречал похожие техники — они позволяют создать второй слой восприятия, как бы дополнительный экран сознания. Это сложно объяснить… Представь, что ты смотришь сквозь прозрачное стекло — видишь и то, что за ним, и отражение одновременно.
Эмоциональный фон выдавал его глубокую увлечённость темой:
— Второй момент — научиться чётко разграничивать реальность и предвидение. Это критически важно. В бою нельзя путать то, что происходит, с тем, что может произойти. Иначе начнёшь реагировать на атаки, которых ещё нет, открываясь для реальных ударов.
