— Тренировать это лучше всего в учебных боях, — он задумался. — Начать с простых движений, постепенно усложняя. Сначала научиться видеть одиночные атаки, потом комбинации. Важно не торопиться — если форсировать развитие способности, можно запутаться в слоях реальности.
Вдруг он замолчал, словно что-то просчитывая:
— Знаешь… если ты освоишь это в ближайшее время… — его эмоциональный фон отразил активную работу мысли. — Мне придётся серьёзно пересмотреть наши планы. Такая способность открывает совершенно новые возможности.
Я чувствовал, как в его голове уже формируются новые тактические схемы, учитывающие потенциал этой способности. Его опыт командира элитного отряда позволял мгновенно оценить все преимущества, которые давало подобное предвидение в бою.
— Главное помнить, — добавил он, — что любое предвидение показывает только вероятное будущее. Как только ты начинаешь реагировать на увиденное, ты уже меняешь течение событий. Это как круги на воде — каждое твоё действие создаёт новые варианты развития ситуации.
— Я могу помочь тебе на первых этапах освоения, — Виктор говорил уверенно, и эмпатия подтверждала его готовность делиться знаниями. — Когда начнёт получаться базовое разделение восприятия, дальше придётся работать самостоятельно. После того как Система зафиксирует навык, станет значительно проще — останется только наращивать практический опыт.
Я кивнул, принимая его слова к сведению. Предложение было ценным — учиться на чужом опыте всегда эффективнее, чем методом проб и ошибок.
— Хорошо, так и сделаем, — согласился я, и тут же перешёл к другому важному вопросу: — Как у вас обстоят дела с логистикой? Вы сейчас здесь… неофициально? Или есть какие-то собственные маршруты из Центра?
Виктор слегка прищурился — эмпатия уловила короткий всплеск настороженности, но он быстро принял решение о степени откровенности.
— Да, у нас есть определённые возможности, — он бросил взгляд в сторону костра, где Алексей помогал Кире с чаем. — У Алексея есть особая способность — он может переносить группу в определённые точки Параллельности.
Его эмоциональный фон отражал смесь гордости за возможности команды и лёгкого беспокойства от раскрытия важной информации.
— Таких точек немного — три или четыре на каждой планете. Нам повезло, что одна из них оказалась относительно недалеко от места, где тебя чаще всего фиксировали наши наблюдатели.
Он задумчиво потёр подбородок:
— Хотя… знаешь, я начинаю сомневаться, что это просто совпадение. Система явно ведёт всех нас к чему-то, выстраивает ситуации определённым образом.
Эмпатия улавливала, как эта мысль беспокоит его — человека, привыкшего контролировать все аспекты операций.
— Правда, у этой способности есть существенное ограничение, — продолжил он после паузы. — Откат составляет четыре дня. То есть, — он перешёл к практическим выводам, — у нас есть примерно два дня на то, чтобы всё детально обсудить, спланировать систему связи, и начать твоё обучение разделению сознания.
В его эмоциональном фоне читалась сосредоточенность человека, привыкшего работать в жёстких временных рамках. Он уже явно прикидывал, как эффективнее распорядиться имеющимся временем.
От костра доносился аромат заваренного чая, и группа периодически поглядывала в нашу сторону — они чувствовали, что принимаются важные решения, от которых будет зависеть их ближайшее будущее.
Два дня — не так много для всего, что нам предстояло сделать. Нужно было не только спланировать предстоящие операции, но и наладить надёжную систему коммуникации, а также начать обучение новой технике использования способности. И всё это под постоянным дамокловым мечом возможного обнаружения.
Я чувствовал, как Виктор уже мысленно составляет расписание — его опыт командира позволял эффективно распределять время и ресурсы. Эмпатия улавливала, как в его голове выстраиваются приоритеты: что нужно сделать немедленно, что можно отложить, какие вопросы требуют особого внимания.
— После чая предлагаю сместиться в сторону гор, — Виктор указал на синеющие вдалеке вершины. — Не хотелось бы провести двое суток на открытой местности. Тем более, — он вежливо кивнул в сторону Киры, — нужно создать хотя бы минимальный комфорт.
Мы сидели вокруг небольшого костра, держа в руках кружки с ароматным чаем. Разговор тёк непринуждённо — знакомство продолжалось, и я замечал, как постепенно стирается первоначальная настороженность между группами. Я чувствовал, как меняется эмоциональный фон присутствующих — от боевой готовности к более расслабленному, но всё ещё профессионально собранному состоянию.
Марк и Игорь, щитовики, делились историями о самых необычных применениях защитных барьеров. Алексей с искренним интересом расспрашивал Киру о её работе с молниями — похоже, его интересовали возможности комбинирования различных стихийных эффектов. Семён, в основном молчаливый, но увлечённо обсуждал с остальными тонкости энергетического обмена.
Когда чай был допит, я обратился к группе:
