Загрузка заняла остаток дня. На всякий случай, чтобы моряки не расслаблялись и не глазели по сторонам, я их занял учениями. По свистку Калеба, они высыпали на палубу, расчехляли Максим, вооружались ружьями. Потом провели противопожарные учения. На этот рейс я ставил слишком многое, чтобы допустить какие-то случайности.
В день отплытия, я провел выборы мэра. Просто ради того, чтобы команда тоже проголосовала — утвержденных списков жителей не было, галочку или крестик в бюллетене мог, кто угодно. Административный ресурс в действии. К моему удивлению, против меня выдвинулось сразу два кандидата. И одна из них была… Роза. И это вызвало скандал. Женщины в Канаде все еще не имели право голосовать и быть избранными на местных выборах.
Из Сороковой Мили приплыл Макдонелл, собрал старателей.
— Если в бюллетенях останется миссис Уинтфорт — предупредил он всех — Выборы будут признаны недействительными!
Мне пришлось выдержать целую битвы с женской делегацией, которая протестовала против «самоуправства», а еще провести воспитательную беседу с мужем Розы. Мистер Уинтфорт оказался натуральным «каблуком», что мямлил, поглядывая в сторону салуна, куда ушли его товарищи. Вся эта ситуация ему была сильно не по душе.
Наконец, подсчитали бюллетени, я победил с убедительным отрывом. Две с лишним тысячи человек — в Доусоне и на Эльдорадо — проголосовали за меня, я получил официальный мандат. Тут же, не «отходя от кассы», мы с Макдонеллом составили все необходимые документы по поселку. В земельный департамент в Оттаве, юконскому комиссару. Запросили приезд кадастрового инженера. А сразу всей бумажной канители, я передал Александру его золото с «призового» участка. Вышло на триста тысяч долларов. Громадная сумму для чиновника.
— Теперь у Оливии есть большое приданное — пошутил я — Она может претендовать на самые выгодные партии в столице.
— Итон, как раз я хотел поговорить с вами насчет дочери — регистратор замялся — У меня состоялся с ней неприятный разговор.
— На какую тему? — напрягся я
— Она хочет переехать в Доусон. Дескать, тут наш участок рядом, надо за всем следить… Но вы же понимаете, что это только повод.
— Не понимаю
— Оливия влюбилась в вас!
Я напрягся. Несколько последних встреч девушка и правда на меня смотрела не отрываясь, краснела, когда я к ней обращался. И в целом я ощущал какие-то флюиды между нами.
— Александр! У меня есть невеста в Портленде. Мы обручены.
— Прямо груз с души — Макдонелл свернул самокрутку, закурил — Поймите. Я знаю насколько вы теперь богаты теперь. Но Оливия не подходит на роль супруги нувориша. Она…
Чиновник начал мне рассказывать свою жизнь. Смерть супруги во время родов, тяжелая жизнь на фронтире…
— Принять швартовы! — скомандовал Финнеган, отсалютовал нам дымящейся трубкой. Дева дала длинный прощальный гудок.
— Я все понимаю, Александр! — заверил я Макдонелла, я помахал кепкой команде — На мой счет вы можете быть спокойным. С Оливией я поговорю.
— Не надо, я сам — быстро произнес чиновник — Тут очень деликатный вопрос.
«Дева» медленно отошла от причала, дала еще один гудок. Силуэт ее постепенно уменьшался. Дым из трубы вился на ветру.
Я стоял на берегу, смотрел, как она исчезает в дали. Теперь мы увидимся с Финнерганом и командой на ранее, чем через полгода. А то и больше.
Вернется ли «Дева»? Дойдет ли до Портленда?
Я не знал. Я только стоял и смотрел ей вслед, пока она окончательно не скрылась из виду за поворотом реки.
После того как «Северная Дева» скрылась из виду за излучиной Юкона, оставив меня стоять на берегу с ощущением внезапной пустоты, жизнь в Доусоне не остановилась. Наоборот, она забурлила с новой силой. Шхуна увезла большую часть нашего золота, наши надежды на будущее, но оставила здесь продукты, товары, инструменты. Стройка забурлила с новой силой, мы начали возводить вторую улицу города, здание мэрии и еще один салун.
Двери «Северного Мамонта» были открыты с утра до ночи, две рулетки крутились безостановочно, принося мне большие доходы. Золотой песок, намытый за день, прямо с ручья несли сюда, вкладывали в мой бизнес, в мой город. Джозайя справлялся с ролью директора — ему в помощь мы наняли двух барменов, четырех официантов, вышибалу. Ну и несколько, помощников-крупье в игровой зал. За ними приходилось следить очень внимательно — поле для махинаций, особенно, за картежными столами — было огромно. Самый простой трюк, за которым мы застали первого же нанятого крупье — воровство фишек у пьяных клиентов и обналичивание их через друзей/знакомых.
За салуном росли новые бревенчатые срубы — жилые дома, склады. Неудачный старатель, Томас Блейк, бывший учитель, охотно согласился взять на себя обязанности временного преподавателя, пока не найдется кто-то более квалифицированный. Он даже составил первое расписание занятий для полутора десятков детей. Другое здание отводилось под полицейский участок и будущую почту. Я торопился — нужно было успеть построить максимум до наступления настоящих холодов. Особенно я гнал бригады с лесозаготовками. Нам нужно было много дров отапливать дома!
