Зато Сонин муж, привязавшийся с утра и так и не отставший, с довольным видом сидел в центре и вкушал яства с немалым аппетитом.
Соня же лениво возила ложкой в тарелке с супом, словно ожидая чуда, которое избавит её от этого тягостного обеда, бросала взгляды на метлу, стоящую за занавеской в углу. Прерывая затянувшееся молчание, Сонин муж перестал жевать, отложил ложку и внезапно начал разговор.
— Перестань дуться, — почти ласково сказал он. — Это же нормально, во всех семьях такое бывает.
Соня рассеянно взяла стакан с соком.
— Я не дуюсь. Разве можно дуться на случайных прохожих? А ты мне такой вот чужой стал. Совершенно.
— Это в тебе говорит обида, — убеждённо произнёс Сонин муж.
— Нет во мне никакой обиды. И дела до твоих мнений нет. Живи, как хочешь.
В этот момент она, бросив очередной взгляд в сторону занавески, заметила за ней тихое долгожданное свечение. И сразу в жизни появились перспективы.
— Только знаешь, что? — взбодрившись, обратилась она к мужу. — У меня к тебе есть просьба. Ты не можешь сегодня на ночь остаться с Дашкой?
Муж заулыбался, подвинулся к ней интимно:
— Ты можешь не искать повода... Я с удовольствием останусь с тобой. И на эту ночь, и на все последующие.
Соня отодвинулась:
— Ты меня не так понял. У меня, кажется, сегодня вечером образуется важное дело.
Он опять хитро улыбнулся:
— Цену набиваешь? Ну, ну... Я готов поиграть в твою игру.
Соня внимательно посмотрела на него и сказала невпопад, отвечая своим мыслям:
— И как я раньше не замечала...
— Что я такой красивый?
— Извини, но нет. Тупой и надутый. И котом от тебя пахнет. А теперь мне нужно хорошенько поесть.
Не обращая внимания на потерявшего дар речи мужа, Соня принялась вдруг с большим аппетитом поглощать суп с пирожками.
А уже совсем вечером, поставив последнюю тарелку в сушильный шкаф, она вытерла руки и приготовилась к полёту. Заглянула в комнату дочери, убедилась, что она все так же сидит за компьютером. Удостоверилась, что муж спит, широко разметавшись по долгожданной кровати и счастливо похрапывая. Соня подошла к зеркалу, поправила макияж, кокетливо улыбнулась сама себе. Взяла метлу и тихонько выскользнула с ней на балкон.
1
С метлой наперевес и кульком с пирожками в дом стремительно запорхнула раскрасневшаяся и несколько растрепавшаяся от полёта Соня. Она с удивлением посмотрела на диван, где тревожно посапывал Сергей Петрович, и перевела вопросительный взгляд на Лешего.
— Привет, — для начала произнёс он, — я рад, что тебе удалось выбраться.
— Ты же позвал, как я могла не прилететь? А это...
Соня кивнула на спящего Сергея Петровича.
— Это, собственно, и есть наша сегодняшняя загадка, — Леший насмешливо посмотрел на неё. — Но ты, наверное, как всегда, голодна после полёта?
Соня торжествующе махнула пакетиком с пирожками.
— Я подготовилась.
Она шмякнула пакетик с пирожками на стол, юркнула в кресло, повозилась немного, уютно устраиваясь, закуталась в плед и строго сказала Лешему:
— Рассказывай.
Пустынная улица перед домом заливалась первыми лучами солнца. По ней неторопливо, но уверенно и с достоинством шествовал слепой пёс Флик, очевидно, возвращаясь с какого-то важного дела.
Иногда он чуть порыкивал в пустоту, словно строжился над кем-то невидимым никому, кроме него. Заливались первые птицы, встречая рассвет. Остановившись перед изгородью, за которой скрывалась антикварная лавка, пёс отрывисто и одноразово рявкнул. Прислушался к состоянию по ту сторону забора, склонив седую голову набок. Когда из-за ограды послышался неистовый гневный лай, он удовлетворённо повёл носом. Оставив Агасфера бесноваться самому по себе, Флик привычно толкнул носом калитку в свой двор и удалился вглубь сада.
Практически следом за ним на улице появилась Жанна. Она шикнула без особого результата на запертого, а оттого негодующего Сфера, и тоже направилась к дому Лешего. В отличие от целеустремлённого Флика, Жанна топталась и мялась перед домом, вся в переживаниях за Сергея Петровича. В раздумьях то открывала, то закрывала калитку.
С одной стороны, ей было неудобно тревожить людей в такую рань, с другой — она видела в окне силуэты. И хотя не могла издалека рассмотреть, кто именно маячит бодрой тенью за окном, считала своим долгом участвовать в волнующих событиях, которые стали происходить в её любимом городе. Всё-таки врожденная вежливость победила, и, немного постояв перед калиткой соседа, Жанна развернулась и пошла домой.
Только она удалилась, на улице появился Альфред. Всё — и его цепкий взгляд, и вкрадчивые движения, и глубокомысленная походка — говорило о том, что антиквар вышел на слежку за Жанной. Буквально по её недавним следам он подошёл к калитке, глубокомысленно полюбовался на светящееся окно, многозначительно крякнул, повернулся и отправился прочь.
