Закончился сеанс, и мы увидели, как из зала вышли ошарашенные зрители первого уровня, за ними последовали погруженные в экраны утелов второуровники, читая список своих ранений. Наконец, выползли «участники боя». Кто-то восхищенно ахал, кто-то выражал свои эмоции невнятными междометиями и русской бранью, актуальной во все времена.
– Вот видишь, Сев, мы правильно решили ограничиться только первым уровнем, посмотри на этих… – Лилия указала на шатающихся зрителей.
– Да уж, думаю, наши предки были бы в восторге от созерцания этих потомков, – усмехнулся я, наблюдая, как одного из вышедших явно повело, а двое других восторженно ругались, обнимая друг дружку.
Мы с Лилией шагнули в полумрак зала. Сконнектились с программой и очутились в вирте.
В билете значилось, что сеанс будет длиться 10 минут. Мне показалось, что пули в меня вонзались не менее, чем полчаса. Вокруг все громыхало, горело, свистело, ничего не было понятно, какой-то мрак и ад. Надо будет сказать Люциусу, что кино скучное, а я счастливый, что был там только в роли созерцателя.
– Сев, как впечатляет, правда? – возбужденно говорила Лилия после сеанса, идя рядом со мной. – Невероятно! И время будто застыло, мне показалось, что я там и не 10 минут была, а целую вечность! Как люди такое смогли пережить! Там вообще кто-то уцелел? Я помню, что в детстве видела фотографию пуль, которые вонзились друг в друга во время этой битвы. Представляешь, какой это ад был на самом деле! Мы только что там побыли немного. Ужас, Сев. Но очень впечатляет. Сев, я вдруг испугалась, что Мет тоже захочет это увидеть и пойдет на второй уровень! А ему нельзя. Я сейчас позвоню, скажу, чтобы он не вздумал брать второй уровень.
– Почему? – спросил я. – Мой Яшка точно пошел бы сразу на третий уровень, потом вышел бы и сказал – та ваще класс, зачетно. Только больно, шокапец с тремя песцами!
– Сев, – Лилия быстро набирала номер своего сына. – У Мета астма, поэтому какой тут может быть третий уровень. Я бы вообще хотела, чтобы он не ходил на воспроизведения, но запретить не могу, он очень хотел посмотреть.
Лилия замерла с трубкой в руках.
– Не берет трубку, – я совершенно ясно услышал в ее голосе страх.
– Может быть, он в кино, на «Четырёх танкистах», наверняка же хотел посмотреть, правда? – успокаивающе ответил я.
Лилия радостно ухватилась за мою версию.
– Да, скорее всего, или не услышал, знаешь, на улице шумно, а Мет наверняка забыл поставить вибро.
– Я практически уверен в этом.
– Погоди, Сев, а без чипа можно попасть на эти воспроизведения? – вдруг спохватилась Лилия.
– Как это – без чипа? – не понял я.
– Мет не ставил себе чип на вирт, у него только медкарточка с пометкой о диабете, – пояснила Лилия.
– А, юноша на протесте, – усмехнулся я. – Противник чипирования? Думает, что его будут контролировать через эту штуковину, ну-ну!
– Мет не захотел, – ответила Лилия. – Это его право.
– Но без этой штуки невозможно заниматься… многими приятными вещами в вирте, – улыбнулся я.
– Всеволод, – Лилия вежливо улыбнулась на мою шутку. Но мысли ее по-прежнему витали далеко. – Почему Мет вообще мне ни разу не позвонил? – на мою музу снова напала паника.
– А должен был? – удивился я. – Праздник, столько всяких зрелищ, он и забыл.
– Обычно мы созваниваемся хотя бы на пару слов, – Лилия снова набрала номер Мета.
– Оставь ему сообщение, – посоветовал я очевидное.
– Да, конечно, просто я… волнуюсь, прости, Сев.
– Посмотри, когда он был в сети, возможно, он что-то написал на своей страничке или фото оставил, селфи…
– У Мета есть только страничка на Школьниках, он там не оставляет каких-то личных записей.
– У него нет странички в сети? – изумился я. – Тогда зайди в его профиль.
– Как это? – удивилась Лилия.
– Профиль-то у него обязательно есть, посмотри, когда он был в сети, может быть, какие-то пометки для себя сделал. Ты не знаешь пароль от его профиля?
– Нет, конечно, Сев, это же его личное информационное пространство, – возразила Лилия.
– О, дорогая Лили, я не слишком щепетильно отношусь к личному пространству своего сынули, у меня есть и пароль, и слежка в том числе и по чипу, так что я всегда знаю, где мой ненаглядный отпрыск. Вот сейчас, – я посмотрел в свой утел, – он зависает в кафе «Олений парк», скорее всего, со своими друзьями. Лень смотреть подробнее. Но когда мне нужно, я знаю всё.
Лилия изумленно смотрела на меня.
– «Олений парк»? Сев, хозяева этого заведения в своем уме, так кафе называть?
– Упс, вообще-то да, – я удивленно рассмеялся.
– Я доверяю Мету, – вернулась моя прекрасная интеллектуалка к разговору о сыне, – и если бы он узнал, что я так за ним слежу, он бы… обиделся на меня.
– Не сомневаюсь, что мой Яшка не только бы обиделся, но и не разговаривал бы со мной до полного окончания наличных денег. Тут вопрос не в том, доверяю я или не доверяю Яшке, конечно, я ему не доверяю, он типичный современный мальчишка-щенок, способный влипнуть в любую неприятность, потому что это прикольно, это интересно, в конце концов, они же ждут, неприятности-то. Но мне спокойнее, когда я знаю, где он и что с ним.
