Метод Органа полностью

– Я не знала, чем занимается отец, – отвечаю поспешно, ощущая, будто шагаю по минному полю.

Я ведь понятия не имею, какой временной промежуток интересует Эдварда.

– Я тебе верю, – спокойно произносит он, но оружия не убирает, не позволяя расслабиться ни на миг. – Продолжай.

– Что продолжать? – спрашиваю осторожно.

Двигаю запястьями, не ощущая ничего, кроме боли, но не сдаюсь, продолжая действовать, стараясь не только не морщиться, но и не привлекать к своим действиям внимание Шеффилда.

Он ухмыляется, делает шаг назад, а после опускает пистолет, неотрывно глядя мне в глаза.

– В нашу недавнюю встречу в тату-салоне ты тоже мне не врала?

В открытую смотрю ему в глаза и говорю честно:

– Я не знала, где мама и Шон.

Шеффилд поджимает губы и пару раз отрешенно кивает.

– Конечно, конечно… Знаешь, Даниэль, я начал жить спокойно, когда развелся с тобой и отослал соответствующие бумаги Бертраму. Но копать под твое семейство не перестал. А вскоре понял, что ты исчезла с радаров, и уж было подумал, что тебя уничтожили родственники, после неудачи со мной. В какой-то мере мне стало даже жаль тебя. А через несколько лет ты вновь объявляешься. Хозяйка тату-салона с чистой репутацией за спиной. Думаешь, я на это купился? – Шеффилд демонстративно смеется, отчего по спине разбегаются мурашки. – Ну? Что скажешь?

– Нет.

– Что – нет? – выходит он из себя, вновь взмахивая оружием, отчего я внутренне сжимаюсь.

Одной жертвы в моем лице ему явно будет недостаточно. А я не могу допустить подобного.

– Думаю, не купился.

Шеффилд ухмыляется.

– Именно. С тех пор за тобой следили. Все время. Вскоре я знал о тебе все. – Холодею изнутри, а судя по довольному виду Шеффилда, он прекрасно знает, какого эффекта добился. – Ты продолжала жить и заниматься контрабандой лишь потому, что я позволял. А знаешь, почему?

Какого. Черта?

– Почему?

– Андреас был первым на очереди, – без особых эмоций сообщает он. – Как видишь, я умею выжидать.

– Чего ты хочешь? – спрашиваю негромко, прекрасно понимая, что для меня все уже кончено.

Смогу ли я потягаться с таким сильным соперником? Даже если нет, я попробую.

– Возмездия, Даниэль. Я хочу возмездия, – говорит Шеффилд, делая шаг по направлению ко мне и становясь между Кэсс и мамой. – И начну с нее…

Он вновь вскидывает пистолет и стреляет в лоб первой.

Ее голова дергается, пробитая пулей насквозь, а после падает на грудь. Зеленый комбинезон окрашивается быстро расползающимся алым пятном.

– Не-е-ет! – выкрикиваю я, дергаясь на стуле.

Этот ублюдок убил ее! Застрелил, не моргнув и глазом!

Широко распахнутыми глазами смотрю на мертвую подругу, которую не успела заново обрести.

В груди поднимается такая лютая ярость, что я порвала бы подонка голыми руками, появись у меня возможность.

– Больно? – глумится Шеффилд.

– За что? – ору я, отводя внимание от тела Кэсс, потому что смотреть на нее в таком состоянии невыносимо.

Меня трясет от злости и горя, захватившего разум и не дающего рационально мыслить.

Мама скулит и ерзает на стуле, но ни один из нас не обращает на нее внимания.

– Требуется пояснение? – со смешком спрашивает Эдвард. – Ты ушла из дома, узнав правду об отце, но пошла по его же пути, став преступницей. Ты заслуживаешь подобного! Девчонка, – он взмахивает пистолетом в сторону Кэсс, – тоже не раз нарушала законы. А это карается смертью.

С ненавистью смотрю в светящиеся превосходством глаза собеседника. Желаю только одного – вцепиться ему в лицо и собственноручно выцарапать из него жизнь.

– А ты чем лучше? – выплевываю с несдержанной яростью. – О каких законах идет речь? Ты запер нас в подвале, где устроил самосуд!

Шеффилд улыбается, отчего ярость в груди только нарастает.

– Я – необходимое зло.

Он направляет пистолет на маму.

– Не-е-ет! – ору во всю мощь легких, но новый выстрел заглушает половину звуков.

В ужасе смотрю на круглое отверстие в ее лбу, из которого по переносице, щеке и подбородку стекает кровь. Хватаю ртом воздух, всем телом подаваясь вперед. Игнорирую физическую боль. Душевная куда сильнее. Слезы застилают глаза, но я вижу размытое лицо Шеффилда, опустившегося передо мной на корточки. Он хватает меня за подбородок, заставляя смотреть в ненавистные глаза.

– Я отниму у тебя все, Даниэль, – его голос доносится словно издалека. – А потом уничтожу и тебя.

– Какой же ты хренов ублюдок, – выплевывает Кейд.

Но Шеффилд даже головы не поворачивает, продолжая гипнотизировать холодным взглядом.

– Твой парень умрет следующим.

– Нет… – выдавливаю сквозь слезы.

– Да-а, – тянет Шеффилд. – Говорят, он бился за тебя как зверь. А теперь сдохнет.

– А слабо разобраться по-мужски? – спрашивает ничуть не смутившийся Кейд.

Шеффилд смеется мне в лицо, отпускает подбородок и выпрямляется, оборачиваясь.

– Думаешь, я буду с тобой драться? Пистолет разберется быстрее…

Освобождаю руки и подскакиваю с места, слегка покачнувшись.

Времени приходить в себя нет, поэтому я сразу же бросаюсь в атаку.