– С чего такая услужливость? – с новым подозрением уставился на меня маг. – Вы что, из рода любителей бесплатно делать благие дела?
– Как можно, мастер? – чуть не обиделся я. – Просто в силу обстоятельств я настолько привык бодрствовать по ночам, что пустое времяпрепровождение в личной комнате сводит меня с ума. И я подумал: может, хоть вы пойдете мне навстречу и позволите… ну, хотя бы чем-то заняться? Я ведь могу и с трупами поработать, и прибрать, и по местам все расставить… невыносимо сидеть в четырех стенах, дожидаясь рассвета, а потом полдня клевать носом на уроках, тщетно пытаясь не уснуть.
Мастер Ворг неожиданно усмехнулся.
– Это я как раз могу понять. Сам таким был. Но это не значит, что я позволю вам проводить ночи напролет вне своей комнаты. Это строго запрещено.
Я уныло повесил голову.
– Да, но если бы вы взяли меня своим учеником…
– А вы бы пошли ко мне в ученики? – вдруг хитро прищурился старик.
– Конечно! Я про вас столько слышал! Мне отец рассказывал! Для меня было бы честью, если бы вы рискнули… – с жаром воскликнул я, старательно следя за тем, чтобы не переиграть. – Если бы только позволили мне себя проявить! К тому же местные правила не распространяются на личных учеников, я специально посмотрел, – с надеждой уставился я на светлого. – Для них допустимо пребывание в учебном корпусе даже после отбоя. При условии, конечно, что учитель в курсе.
– Ишь какой шустрый, – хмыкнул маг. – Все уже посмотрел, все проверил, подготовился… Даже краску где-то добыл, чтобы задобрить мою упрямую дверь.
Я потупился.
– Отец учил меня быть предусмотрительным. Для его профессии, как он говорил, это жизненно необходимое умение.
Мастер Ворг тяжело вздохнул.
– Когда-то я неплохо знал вашего отца и, несмотря на род его занятий, даже уважал. За упорство, присущее всем некромантам, потрясающую целеустремленность и умение достигать даже самых трудных целей, невзирая ни на какие потери. Качества, на мой взгляд, достойные того, чтобы за них уважать. И надеюсь, что вы их унаследовали.
– Я был бы рад доказать это, мастер.
– Не сегодня, Невзун, – строго ответил светлый. – Если вы читали правила, то должны знать и о том, что личное ученичество в академии возможно только после третьего курса.
– Да, но это не значит, что вы не можете начать обучение раньше!
– Не значит, – медленно наклонил голову маг. – И я готов пойти вам навстречу, потому что вижу неплохой потенциал и ту же целеустремленность, какая была у вашего отца.
Я даже затаил дыхание, не веря, что все может решиться так легко.
– Но я должен к вам присмотреться и провести ряд тестов. Если вы мне подойдете, то обсудим это с ректором. В случае если он не будет против некоторого послабления правил, я, возможно, возьму вас на пробный срок.
– Спасибо, – облегченно выдохнул я, всем видом выражая восторг. – Это больше, чем то, на что я мог надеяться.
– Теперь ступайте, – выразительно кивнул на дверь старый маг. – Завтра после небольшой вступительной лекции вас ждет несложная лабораторная работа. Все необходимое можете узнать у моей двери, раз уж вы так ей понравились, а дополнительная информация находится в учебнике на страницах десять, одиннадцать и двенадцать. Всего наилучшего, Невзун.
– До свидания, мастер, – почтительно поклонился я и торопливо выскользнул наружу, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Ф-фу… полдела сделано.
Прислушавшись к царящей вокруг тишине, я быстро спустился к выходу, ни разу даже не навернувшись с крутой лестницы. На цыпочках подобрался к задумчиво поскрипывающей и все еще приоткрытой двери, а потом состроил зверскую рожу и шепотом поинтересовался:
– Ну и как тебе новое украшение?
Дверь на мгновение замерла, затем кокетливо улыбнулась, позволив проявиться на наружной створке кроваво-красным губам, растянула их в манящей улыбке… а потом злобно оскалилась и, обнажив ослепительно-белые клыки, грозно рявкнула:
– Ты где пропадал, негодяй?! Почему так долго?!
– Ты очаровательна, – совершенно искренне признал я, любовно оглядев творение рук своих. – Зубки – прелесть.
– Льстец, – довольно промурлыкала дверь, милостиво пряча клыки и демонстрируя улыбку. – Но мне нравится. Еще бы петли кто смазал… век была бы благодарна.
Я хмыкнул.
– Подожди, я сейчас. Видел где-то в подвале склянку с маслом… можно я спущусь туда?
– Спускайся, – благодушно разрешил артефакт и, судя по раздавшемуся в глубине коридора щелчку, открыл подвальную дверь. – Как все прошло с мастером?
– Нормально. Никаких репрессий для тебя не последует.
– Чудесно. А для тебя?
– Ничего страшного, – заверил ее я и, пока она не передумала, юркнул в подвал. – Меня пообещали взять в ученики.
– Что?! – изумленно воскликнула дверь, не особенно заботясь о соблюдении тишины.
Я только хмыкнул и отправился на поиски смазки. А когда через полчаса вышел обратно – облепленный с ног до головы паутиной и покрытый густым слоем пыли, зато гордо несущий небольшую колбу с тягучей маслянистой жидкостью, то получил еще одну широкую улыбку и торжественное признание:
– Если тебя возьмут в ученики, я буду рада.
