Мэтр на учебе полностью

– Это было жестоко, – с чувством сказал Нич, когда я завернул за угол. Спрыгнув с потолка, он уверенно устроился на привычном месте – у меня на плече и покачал головой. – Даже для тебя.

Я равнодушно пожал плечами.

– Она пожелала меня унизить. Я ее напугал.

– Думаешь, она это заслужила?

– Адепты не те люди, за счет которых должен самоутверждаться преподаватель. К тому же, надеюсь, ты не забыл, кто, едва вступив в Совет магов после твоей смерти, активно ратовал за то, чтобы оттуда убрали некромантов? И кто на последнем собрании убеждал твоего преемника, что «мерзким чернокнижникам» там не место?

– Я помню, – неохотно признал мою правоту Нич и, забравшись под воротник мантии, тяжко вздохнул. – Но ты ведь понимаешь, что маркиза обязательно доложит ректору.

– Пускай. Способность к созданию иллюзий – врожденное умение старого барона Невзуна, зафиксированное во время становления дара и занесенное в Реестр магов. И нет ничего странного в том, что я его «унаследовал». Мастер Лиурой наверняка написал об этом, когда подавал мои документы.

– Так ты для этого перед отъездом подсунул ему под нос иллюзорного паука, плетущего из паутины его собственное имя?

– Я же не дурак, чтобы скрывать от него такие очевидные вещи?

– А резерва тебе не жалко? Только-только начал его восстанавливать и тут же потратил на какую-то дурацкую шутку.

– Я потратил его на важное дело, – ровно ответил я, пряча зажатый в ладони рассеиватель. – Не переживай – примерно через минуту все иллюзии из отчета исчезнут, а еще через полчаса даже архимаг не поймет, что они там вообще были. Любая проверка подтвердит, что леди просто померещилось.

Нич покачал головой.

– Я, конечно, знаю, что жизнь мэтра состоит из бесконечных расчетов, но не думал, что ты просчитываешь на годы вперед.

Я хмыкнул.

– Ну на годы у меня не хватает времени… Знаешь, сколько у меня было планов на гильдию? А на наши с тобой открытия? И где они сейчас, эти планы? Теперь я просчитываю лишь ближайшее будущее и полагаю, что этого вполне достаточно.

– Какой у тебя следующий урок? – поменял тему разговора Нич, явно не желая спорить.

– Никакой, – улыбнулся я. – У первокурсников всего три занятия в день, так что сейчас я могу перекусить и наведаться в лечебницу в надежде, что мастер Ворг соизволил вернуться.

– А если его нет?

– Тогда по-быстрому нарисую домашку и спущусь проведать Зубищу. Надо выяснить, как у нее успехи, и посчитать, за какой срок она управится с тоннелем.

– Логично, – согласился таракан. – Только я бы на твоем месте начал сразу со второго пункта: Ворг наверняка еще странствует. Хотя, конечно, возможность подобраться к грибочкам даже меня заставляет надеяться на лучшее…

Он как в воду глядел: дверь в лечебницу по-прежнему была заперта. И при моем появлении лишь виновато улыбнулась, честно сообщив:

– Извини. Я все еще не могу тебя впустить.

– Не появлялся? – на всякий случай уточнил я, мысленно корректируя свои планы.

– Нет. Но ты можешь его подождать, – лукаво намекнул артефакт. – И я все еще не забыла, что ты не так давно обещал нарисовать мне глаза.

– Как только краску добуду – сделаю, – клятвенно заверил я. – Но у Снудера разве чего допросишься.

– А в прошлый раз как ты ее взял?

– Стащил.

– Так почему не можешь в этот?

– Он запоры на двери поменял, – со вздохом признался я. – И у меня пока не было возможности внимательно их изучить. Но я помню, не сомневайся… Так что как только – так сразу, ладно?

– Иди, – неохотно отпустила меня дверь. – Если профессор вернется, скажу, что ты заходил дважды.

Я расплылся в широкой улыбке:

– Спасибо, драгоценная!

И поспешно ретировался, пока бурчащий артефакт не засек, что я не один. Потом добежал до учебки, нырнул в портал, привычно стерев запись об этом в следилке. А оказавшись в подземелье, неожиданно обратил внимание на то, что в темной его части совсем не осталось пыли, и обеспокоенно пробормотал:

– Та-ак. Это еще что за дела? Кто успел тут прибраться?

– Может, преподаватели нагрянули? – встрепенулся Нич.

– Не похоже. – Я прислушался к едва уловимому отсюда шуму и покачал головой. – Зубища все еще грызет стену – значит, никого не было. Томас бы заметил посторонних.

– Ты это о ком? – внезапно вынырнул из ближайшей стены вышеупомянутый призрак и с любопытством огляделся. – Кроме вас, тут никого нет. И никто не заходил со вчерашнего дня.

– Тогда куда делась пыль? – с подозрением осведомился Нич, выбравшись из-под складки мантии.

Томас удивленно на него посмотрел.

– Дык я и убрал. Вы же здесь следов оставили уйму. Да и Зубища ваша не по воздуху летает. И я подумал: а ну как кто-то увидит и поймет, что сюда заходили? Вот и прибрался. А что не так?

– Все так, – поспешил заверить я недоумевающее привидение. – Молодец. Как там у вас успехи?

Призрак расцвел от похвалы, как первый весенний цветок, и, направившись в сторону, откуда доносился шум, с важным видом доложил: