Магистр странно кашлянул, покосившись на несчастную маркизу, которая уже, видимо, представила, что он там увидит, и впала в настоящий ступор. Затем неторопливо развязал тесемочку, в полнейшей тишине просмотрел один лист, второй, третий. Выудил из стопки самый нижний листок. Пробежав глазами последние строчки, неожиданно нахмурился, зачем-то вернулся к середине отчета. Потом хмыкнул, пролистал еще несколько страниц и наконец отложил бумаги в сторону.
Я выжидательно замер, всем видом изображая смирение.
– Ну что могу сказать… – с непроницаемым лицом заключил магистр, словно не замечая вжавшейся в кресло маркизы. – Отчет действительно хорош и в точности соответствует первому экземпляру. Помарок, правда, в нем меньше, однако ни одной иллюзии я не заметил…
Я бодро кивнул, потому что их там и не было, а леди Ракаш растерянно замерла.
– Ч-что?! Их нет?!
– И поэтому, – продолжил мастер Умдобр, – у меня нет оснований подозревать в недобром умысле находящегося здесь адепта.
Угу. Я, хоть и сволочь, но все же не настолько, чтобы морально уничтожать излишне самоуверенную леди, да еще в присутствии посторонних, за такие пустяки, как попытка ударить меня молнией на уроке. Поэтому второй отчет я сделал без подвоха.
И леди де Ракаш, судя по всему, это оценила. Потому что сперва ее взгляд испуганно метнулся на стол ректора, затем – на меня, еще чуть позже – на коллег и наконец – снова на стол. Когда ей стало ясно, что магистр не шутит, ее бледное лицо вновь порозовело, а из груди вырвался отчетливый вздох облегчения, но я предпочел его не заметить.
– Однако, – неожиданно хмыкнул мастер Умдобр. – Учитывая данные вашего досье, молодой человек, я вполне могу предположить, что, имея предрасположенность к ментальной магии, вы действительно могли… неосознанно, конечно… наложить на один из отчетов… или на один из ваших рисунков, которые, признаться, произвели на меня впечатление… некую иллюзорную составляющую. Особенно если во время написания отчета позволяли себя излишне эмоциональные мысли в отношении леди де Ракаш.
Я смущенно ковырнул носком ботинка пол и потупился.
– Ну, разве что случайно… Ментальная магия такая непредсказуемая, а леди Лилитана столь красива…
– Поскольку ваши способности к самоконтролю все еще оставляют желать лучшего, то образы получились нестойкими и легко поддались внешнему воздействию. Чем и объясняется их исчезновение из первого отчета и полное отсутствие во втором.
Точно. Как он здорово все объяснил! Мне даже напрягаться не пришлось.
– Соответственно доказательств вашей вины я здесь не усматриваю, – заключил магистр. – Но поскольку слова леди де Ракаш имеют для руководства академии определенный вес, то я не могу просто так от них отмахнуться и вынужден сделать вам предупреждение, адепт Невзун…
Я встрепенулся.
– Способности к ментальной магии – весьма своеобразный талант, – пояснил свою мысль ректор. – Его нельзя оставлять без присмотра и тем более использовать без должного контроля. А вы, насколько мне известно, еще не посетили ни одного занятия по данной теме, которая хоть и является самостоятельной дисциплиной, все же входит в курс по изучению магии жизни.
Взгляд мастера Умдобра стал совсем строгим, а голос заметно похолодел.
– В нашей академии прогулы недопустимы, адепт Невзун. Тем не менее вы позволили себе без объяснения причин пропустить сразу три важных занятия. И мне интересно знать почему?
– Да, мне тоже, – вдруг скрипнула у меня за спиной дверь, впуская в кабинет слегка запыхавшегося мастера Руха Мкаша. – Приветствую всех и прошу прощения за опоздание – с адептами задержался.
Я чуть не подпрыгнул от неожиданности, узнав его хрипловатый голос, и быстро обернулся, торопливо прикидывая, как быть. А когда встретил хмурый взгляд друида и понял, что он, мягко говоря, недоволен, то быстро переместился вбок, обогнув стол мастера Умдобра. После чего самым наглым образом устремился к окну, бодро распахнул сразу обе створки и, не обращая внимания на ошарашенные взоры преподавателей, сделал глубокий вдох.
– Ух, какой отсюда открывается вид! – восторженно промычал я, прикрывая глаза и жадно вдыхая свежий воздух. – Цветочки, деревья, бабочки порхают…
Кто-то за моей спиной поперхнулся, остальные смолчали и лишь мастер Умдобр негромко хмыкнул.
– Вас так впечатлил задний двор академии, Невзун? Спешу обратить ваше внимание на то, что он целиком вымощен булыжниками, поэтому деревьев тут сроду не было, а трава растет куцыми пучками, которые вряд ли могут вызвать такой бурный восторг.
– Зато как она оживляет пейзаж, – не согласился я, с огорчением оглядев редкие островки пробивающейся сквозь щели между камнями травки. А затем подался вперед, опасно далеко высунувшись наружу и спрятав на мгновение правую руку за тяжелой шторой.
– В чем дело, Невзун? – догнал меня насмешливый голос мастера Руха. – Сбежать собрались?
Я оценил расстояние до земли и поморщился.
– Нет, что вы. Просто видами любуюсь.
– Похвальное стремление, но я бы попросил вас вернуться в кабинет и ответить на заданный вопрос.
