Трамвай катился по вечернему городу медленно, да и Привольнов никуда не торопился. Он сидел в середине полупустого вагона позади парня с девушкой и смотрел в окно. Проехали мимо института педиатрии, сельскохозяйственного института, свернули на широкий залитый огнями фонарей проспект. Вскоре Жорик вместе с тремя пассажирами вышел из трамвая. Перейдя дорогу, он перепрыгнул сточную канаву и стал подниматься к стоявшему на бугорке «Аладдину».
К кафе он приблизился с тыльной стороны. Места были ему знакомы. Привольнов перелез через забор, спрыгнул с мусорного контейнера и, прислонившись к забору, немного постоял в темноте. Двор освещала единственная, впрочем, довольно мощная лампочка, висевшая над черным входом в «Аладдин». Во дворе было пустынно, из кафе доносились звуки музыки, пел мужской хриплый голос. Жорик подошел к водопроводному крану, набрал в горсть воды, затем приблизился к двери и плеснул ее на лампочку. «Чпок» ― раздался звук лопнувшего стекла и двор погрузился в темноту. Жорик отошел вглубь двора и сел на скамейку, слившись с кустами вьющихся роз позади нее. С этого места ему была видна дверь и длинный ярко освещенный коридор.
Ждал Привольнов более двух часов. Иной раз во двор на несколько минут выходили люди, по одному, по два, а то и компаниями, подышать свежим воздухом, покурить, но нужный Жорику человек не появлялся. И все же Привольнов дождался. Часов в двенадцать в коридоре показался Миша. Он зашел в туалет, затем вновь возник в коридоре и, заметив, что на улице не горит свет, вышел на крыльцо. Хозяйская жилка сработала. Бывший борец на сей раз был в цивильном, а не в спортивном костюме. Лейкопластыря на его мощной шее видно не было. Хозяин «Аладдина» задрал голову, чтобы посмотреть, что случилось с лампочкой и тут его окликнул из темноты мужской голос:
― Миша!
― Да! ― тотчас откликнулся хозяин заведения, продолжая пялиться в звездное небо. Разглядел пустой патрон и негромко выругался. ― Какая сволочь лампочку выкрутила…
― Можно тебя на минуточку! ― не унимался человек.
Вот пристал. Миша резко обернулся.
― Чего тебе?
― Подойди, узнаешь! ― нахально заявил незнакомец. ― Чего на расстоянии базарить.
У себя в заведении Миша был царь и бог. Он не привык, чтобы ему указывали.
― Сам иди! ― буркнул он.
― Боишься что ли? ― насмешливо спросили из темноты.
Его, спортсмена, борца, чемпиона страны какой-то хам заподозрил в трусости. Небывалая дерзость.
― Миша никогда и ничего не боялся! ― с вызовом сказал хозяин «Аладдина». ― Запомни это! ― он спрыгнул со ступеней и направился вглубь двора. У кустов вьющихся роз стоял человек. Миша уверенной походкой приблизился к нему и грубо спросил: ― Ты кто?
Высокий худой человек сложил на груди руки, встал в независимую позу.
― Я Привольнов Георгий, ― ответил он дерзко. ― Надеюсь, ты помнишь меня?
Хозяин «Аладдина» вгляделся в Жорика. Он узнал его.
― Ты?! ― заорал он, мгновенно разъярившись. Даже в темноте было видно, как на мощной шее его вздулись вены. ― Ты тот самый тип, который расстрелял в моем заведении троих человек? Ты, который убежал из-под стражи и опять-таки из моего заведения? Ты по вине, которого я скоро вылечу в трубу? И теперь ты, подлец, посмел заявиться ко мне?.. Ну ты, даешь! Да я ж тебя! ― И хозяин «Аладдина», растопырив пятерню, попытался наложить ее на физиономию Привольнова.
Жорик был готов к агрессивным действиям со стороны борца. Он быстро отклонился, сделал шаг влево и отбил руку нападавшего. Не встретив преграды, пальцы Миши царапнули воздух, сам он, потеряв равновесие, шагнул вперед, наткнулся на выставленную ногу Жорика и тут же получил толчок в спину. Перелетев через ногу Привольнова, упал на руку, однако ловко кувыркнулся через голову и снова оказался на ногах.
― Да ты, я вижу, парень не промах! ― воскликнул хозяин «Аладдина», и в его голосе прозвучали уважительные нотки. Миша изготовился к борьбе, очевидно, решив взять реванш за свое падение. ― Что ж, продолжим! Посмотрим на что ты способен.
― Да погоди! ― не приняв вызов, Жорик опустил руки. ― Я пришел к тебе не за тем, чтобы драться. Я хочу знать, кто были те трое мужчин, которых расстреляли в твоем кафе.
Хозяин заведения неожиданно зло рассмеялся.
― А ты разве сам не знаешь?.. Жалкий способ для снятия подозрений ты себе избрал. Думаешь, достаточно заявиться ко мне, спросить, кто убитые, и я решу, что не ты перестрелял их?
― Да мне плевать, поверишь ты мне или нет, ― устало заявил Жорик. ― Я хочу знать, фамилии, имена, места работы этих людей и ничего больше. Если хочешь, я тебе за информацию заплачу.
Миша ухмыльнулся:
― Денег не хватит. ― Он секунду раздумывал и неожиданно сказал: ― Послушай ты же грозился мне шею свернуть. Припоминаешь?
― Ну, было дело, ― ничуть не тушуясь, признался Привольнов.
Тоном человека поймавшего другого на слове Миша изрек:
― Что ж, тебе представляется такой случай. В общем, я отвечу на твои вопросы, но при условии, если ты положишь меня на обе лопатки в честном бою. Идет?
